Князь Мещерский

Вам ведь интересны слуги, а не политическое окружение Ллойда-Джорджа[31 - Премьер-министр Великобритании в 1916 – 1922 годах. В этой реальности пришел к власти раньше.]?

– Окружение тоже пригодится, но начнем со слуг. Встречаемся через день здесь в то же время. Сколько фунтов приготовить?

– Тысячи хватит.

– Будет.

Джеймс написал признание, я пробежал его глазами и спрятал бумагу в папку.

– Скажите, Валериан, – спросил лайм, – что будет с Азефом и Савинковым?

– Их ждет суд и суровый приговор.

– На суде они могут сказать, кто их нанял.

– Исключено. Во-первых, суд будет закрытым, репортеров в зал заседания не допустят. Мы объявим, что это из соображений безопасности – затронуты государственные секреты. Россия ведет войну… Репортерам вручат меморандум, – едва не сказал «пресс-релиз», – в котором сообщат: покушение на императрицу совершено террористами по указанию Германского генерального штаба. Азеф ведь приехал из Берлина. Вы, к слову, можете поставить это себе в заслугу. Дескать, так поработали с агентами, что они даже на суде не выдали нанимателя.

– Спасибо, Валериан! – Джеймс горячо пожал мне руку. – Я этого не забуду.

– До встречи, Говард! – ответил я и откланялся, перед этим заплатив официанту за ужин и выпивку. Англичанин принял это благосклонно – кто из нас не любит халяву?

Ехать к государыне было поздно, к тому же от меня разило спиртным – пришлось пить с этой сволочью, поэтому я отправился домой. Там составил подробный отчет о разговоре, изложил свои соображения и лег спать.

Мария приняла меня незамедлительно.

– Докладывайте! – велела после взаимных приветствий.

Я протянул ей отчет и расписки англичанина. Она пробежала листки глазами и отложила их в сторону.

– Ловко! Сомневалась, что у вас получится – вы ведь не занимались вербовкой в своем мире. Или я чего-то не знаю?

– Не занимался, государыня. Но у меня были хорошие друзья, которые рассказали, как это делается.

А еще я читал мемуары разведчиков – советских и зарубежных. Интересно было.

– Ваше мнение о Джеймсе?

– Слизняк. Поплыл, как только понял, что может умереть. Жаден. Торговался за каждый фунт.

– Кстати, о деньгах.