Исчезновение (переиздание)

Виктор в очередной раз оглядел комнату. На тумбе он приметил ещё одну книгу. Это оказался ежедневник. Внутри он весь был исписан заклинаниями и правилами проведения ритуалов, которые соседствовали с иллюстрациями в виде оккультных схем. Виктор перелистывал страницы и бегал глазами по тексту.

– И это тоже можешь взять, – сказал Владимир, видя его интерес к записной книге. – Слово против тебе может сказать только хозяин. А я даже рад буду, если он прибежит к нам с жалобой, что его квартиру вскрыли и обнесли.

Виктор повернул к нему голову, а тот в ответ грустно улыбнулся.

– На квартиру никто не может претендовать, – сказал Владимир, когда они вышли в парадную. – Мстислав единственный владелец. Никаких дарственных ни на кого, он не составлял. Поэтому имущество сразу отметается.

– Врагов, говоришь, тоже не было.

– Он пользовался двумя сим-картами. Посторонних звонков ни на одну не поступало. Так, что и угроз с врагами не было.

Тут им преградила дорогу, поднимавшаяся, бабушка.

– Ой, – расплылась она в улыбке, узнав Владимира.

– Да, – кивнул тот и прошептал Виктору на ухо. – Это соседка с третьего этажа. Зоя Фёдоровна.

– А Мстислава так и не нашли? – спросила бабушка.

– К сожалению, нет. Вот, дело передаю другому сотруднику.

– Ох, как жаль, – покачала стврушка головой. – Такой хороший мальчик был. Всегда поздоровается, спросит, как дела, а о себе и слова не скажет.

– Вы уж, извините, Зоя Фёдоровна, – Владимир спустился на ступень ниже. – Нам бежать надо.

– Конечно-конечно, – залепетала старушка, посторонившись. – А я вот только из ЖЭКа. Хотела спросить у Мстислава, что со светом происходит.

– А что со светом? – остановился Виктор.

– Да, как-то ночью просыпаюсь. А у меня люстра горит. Только свет какой-то странный. Зелёный такой. А сегодня заискрило. Электрика вызвала. «Ничего поделать не можем, бабушка. Это у вас уже проводка погорела. Менять надо. Обратитесь в ЖЭК».

– Мы правда спешим, – сморщился Владимир и за рукав потянул Виктора.

Наконец, заказчик покинул офис Виктора. Проклиная и понося свою, некогда горячо любимую, супругу, он хлопнул дверью и растворился на просторах бульвара, унося с собой одну из лучших фотографий, сделанных Виктором. Сам Виктор только тяжело вздохнул с грустью в душе. Его шедевр отныне отсчитывал последние минуты своего существования.

Сейчас он даже немного завидовал Мстиславу. И ему захотелось кануть в неизвестность.