Изумруд Люцифера

) Имя редкое, да и фамилия…

– Обыкновенная сельскохозяйственная фамилия, – показывая все свои тридцать два белых, засмеялся хозяин кабинета (Рита поняла, что не сработало: другой бы уже надулся от важности), – а вот имечко и вправду редкое. Бабушка любимая дала в честь своего отца. Я прадеда не видел никогда – родился после его смерти. Интересный, говорят, был человек…

– Знатного рода? – сделала еще одну попытку Рита.

– Ага! – весело отозвался Кузьма Телюк. – Крестьянин из глухой деревни глухого уезда. Я из крестьян, Маргарита, и все предки, как говорил Базаров, землю пахали.

– Папа Булгакова обожает, – вздохнула Рита, – поэтому и Маргарита.

Боровичок оказался непростым: первый заход отбил легко, и сейчас следовало думать, как зацепить его дальше. А он тем временем продолжал:

– Особенно не соответствует ваша подпись статьям. Они как будто рашпилем написаны.

– Рашпилем? – удивилась Рита. Сравнение было настолько неожиданным, что она даже не обиделась.

– Жесткие, – пояснил Кузьма Телюк. – Вы, так сказать, безжалостно сдираете со своих героев покровы.

От такого комплимента Рита порозовела и совсем потерялась, а Кузьма вдруг спокойно сказал своим сочным баритоном:

– Ну а теперь, когда мы обменялись любезностями, может, скажете, что на самом деле привело вас сюда. С меня сдирать вроде как нечего.

«Это тебе так кажется», – подумала Рита и опустила голову.

– Меня интересует Ангел. Вся информация о нем, а еще лучше мне бы с ним встретиться. Я звонила ему, но он ответил, что все контакты с журналистами через вас.

– Да ну? – искренне удивился Кузьма Телюк. – До сих пор? Да я уже два года ничего о нем не пишу… Кстати, вам он зачем?

– Вы же помните свои интервью? Когда вы… то есть он все так точно предсказал. Что у нашей вице-премьерши будут крупные неприятности. А потом, когда ее арестовали, а затем она исчезла, и все думали, что ее убили, вы написали, что она просто сбежала и скоро объявится.

– «Оппозиционную газету» интересуют маги?

«Не маги, а те, кто за ними стоит», – подумала Рита, но ничего не сказала.

– Ради Бога! – Кузьма снял трубку с красивого черного аппарата. «Алкатель», – заметила Рита и снова ругнулась про себя в адрес жирующих.