Изумруд Люцифера

Кроме того, они засовывают в пращу не отесанные ядра, а обычные камни. Поэтому камень у них летит куда угодно, только не в цель. И бросают они не более десяти раз в день. Мой «требюше» за это время метает не менее тридцати шести стофунтовых ядер.

– Они могут выстрелить из лука, – не унимался рыцарь.

– Если бы могли, то давно бы выстрелили! – раздраженно сказал монах, которому, как было видно, надоели причитания де Леви. – Это же не англичане, которые уже нашпиговали бы нас стрелами, как повар петуха салом.

Я хочу посмотреть, как кара Божия обрушивается на головы еретиков! Давай! – повернулся он к арагонцу.

Тот подал знак, и кнехт ударом большого деревянного молотка выбил стопор. Длинная балка камнемета, увлекаемая тяжелым противовесом, описала в воздухе плавную дугу. Каменное ядро, с грохотом протянутое пращой по желобу, взмыло вверх и, сорвавшись в верхней точке с веревочной чаши, полетело в сторону замка и с силой ударило в зубец на стене донжона. Зубец зашатался и рухнул. До стоявших у камнемета донеслись вопли и крики.

– Рука Господня неотразимо разит еретиков! – возопил монах, потрясая посохом. – Ни высокие горы, ни толстые стены не укроют нечестивцев от гнева Бога! Рази их, Дюран!

Высокий с палицей на поясе подал знак, и кнехты в медных шлемах побежали к горке каменных ядер.

– Вы мудро поступили, святой отец, доверившись баскам из соседней деревни, – подобострастно сказал рыцарь, склоняясь к монаху. – Я никогда бы не поверил, что можно ночью преодолеть отвесную стену в пятьсот футов.

И хорошо, что мои воины пошли на это дело ночью. Назавтра они с ужасом рассказывали, что при солнце никогда бы не решились на такое. Еретики были так уверены в неприступности горы, что даже не поставили охрану у развалин барбакана. Теперь, когда у нас здесь «требюше» Дюрана, им недолго осталось противостоять войску легата.

– Если бы ваши рыцари и кнехты сражались с таким упорством, как еретики, мы бы взяли Монсегюр еще летом! – возразил монах. – И нам бы не пришлось отсыпать столько золота этим разбойникам-баскам.

Но вы правы: теперь еретикам конец. Им не устоять.

Он обернулся к монаху с палицей:

– Командуйте, Дюран!

– Сейчас! – оживленно ответил тот, возясь у камнемета. – Мы изменили длину зубца: ядро полетит за стены. Мы заготовили десять дюжин ядер и за неделю засыплем ими Монсегюр.

– Вы полагаете, этого хватит, чтобы они сдались? – спросил коренастый монах.

– Если будем бросать так, хватит и половины.