Сказка небес

– Да, – отрешенно произнес Калидум, думая о своем.

Взгляд его упал на искусно вытканный ковер, висевший на стене.

– Красивый ковер, – заметил Калидум, погладив ладонью тончайшую ткань, которая могла служить не столько ковром, сколько покрывалом или плащом. – Я слышал, что он волшебный.

– О да, – кивнул Тапигин. – Его соткала покойная мать Харата, когда носила царевича под сердцем. Царица знала толк в магии. Она вплела в ткань прядь собственных волос и наложила на ковер чары. Царица завещала ковер сыну.

Известно, что ковер может летать, но к сожалению царица скоропостижно покинула наш мир, не успев поведать кому-либо свой секрет. Никто не смог заставить ковер подняться в воздух.

– Такой красивой и ценной вещи место в тронном зале, – сказал Калидум. – Скажи слугам, Тапигин, чтобы ковер перенесли туда. Он будет напоминать нам о погибшем наследнике и его царственных родителях.

– Слушаюсь, ваша милость, – ответил Тапигин. – Я распоряжусь об этом немедленно.

В этот момент в покои вошел начальник дворцовой стражи и поклонился Калидуму.

– Прошу прощения, ваша милость, я разыскивал вас.

– Что-то случилось?

– О да, ваша милость! Только что на посадочную площадку перед дворцом приземлился личный лебедь государя. На нем прибыл Дата.

– Кто?! – изумился Калидум.

– Воспитатель покойного царевича, – повторил начальник стражи.

– Хорошо, пусть его проводят в тронный зал, я приму его там.

Начальник стражи поклонился и вышел.

– Как ему удалось спастись? – удивленно спросил старый лекарь. – Может быть, выжил еще кто-то?

– Я все узнаю у Даты, – пообещал Калидум.

– Позволит ли мне ваша милость присутствовать при вашем разговоре?

– Нет, займись ковром. Мне понятны твои надежды, почтенный Тапигин, но они тщетны. Государь умер еще до того, как корабли накрыло черное облако, а гибель царевича Харата я видел собственными глазами.

Калидум поспешил в тронный зал. Известие о прибытии Даты несколько встревожило его, в сердце внезапно закрался страх.

Во время ночной схватки Калидум не давал повода сомневаться в своей верности государю, но вдруг Дата мог узнать что-либо о причастности советника к гибели Лапарата, его наследника и царского корабля с дружиной. Где он пропадал целый день?

Едва Калидум занял подобающее ему кресло подле царского трона, двое слуг ввели в зал воспитателя погибшего царевича. Кивком головы регент отпустил слуг.