Удел победителя

– Жалко, мама нас не видит. Вот бы она порадовалась! – прожевав последний кусочек, с грустью сказала Вера.

Георгий чуть наклонил голову, соглашаясь.

– Мама… – сказал он, помолчав. Ему тяжело было продолжать. Столько лет прошло, а эта рана все еще была свежа. – Она с нами, я знаю. В нашей памяти и в наших сердцах.

Вера прижалась к нему, и он ее обнял.

Черная тень закрыла солнце. Отец и дочь подняли головы. Вера вскрикнула.

Исполинский ящер парил в безоблачном небе над ними.

– Беги! – Георгий вскочил, вынуждая подняться и дочь.

Она встала, дрожа, цепляясь за его руку. – В лес, скорее!

Вол поднял голову к небу и тревожно замычал, молотя по бокам хвостом. Он видел то же, что и его хозяева – чудовищное существо стремительно снижалось.

Вера, наконец, поняла команду и бросилась к лесу, темнеющему вдалеке. Георгий торопливо огляделся, отыскивая лук и стрелы. Смешное оружие против защищенного броней монстра, но он должен отвлечь внимание зверя от дочери. Завернутый в ткань, лук мирно лежал на камне.

Георгий подскочил к нему, вытащил, трясущимися руками натянул тетиву. Первая стрела ушла в зенит, не задев ящера. Георгий глубоко вдохнул, заставляя себя успокоиться. Прицелился снова, и выстрелил.

Чешуйчатая тварь издала громовой рев, крылья ее затрепетали. Ящер выгнул шею, и Георгий увидел оперенье своей стрелы, торчащей из левой глазницы чудовища.

В следующий миг Георгий упал на землю. Когти чиркнули по спине, разрывая одежду и плоть. Превозмогая боль, пахарь откатился в сторону.

На то место, где он только что лежал, грянулся тяжелый хвост. Земля содрогнулась.

Мотая головой, Георгий приподнялся. Ящер грузно повернулся и шагнул к нему, раздувая ноздри. Вокруг раненой глазницы запеклась кровь.

«Ну вот и все, – подумал Георгий, сжимая в пальцах бесполезный лук. – Ты нашел меня».

Он встал на колени, натянул тетиву. Ящер вздернул голову, перехватывая стрелу в воздухе. Древко хрустнуло на крепких зубах. Огромная, в складках задубелой кожи лапа уперлась в грудь пахаря, опрокидывая наземь.

Кости затрещали под тяжестью зверя.

«Но Вера спаслась», – пронеслось в мутном от боли сознания.

– Мы квиты, змей, – вслух сказал Георгий, глядя в целый глаз чудовища.

– О злые Боги, отец! – сквозь звон в ушах разобрал он.

Ящер медленно повернул голову на звук.

– Нет! – Георгий рванул изломанное тело вверх, застонав от боли и беспомощности. Чудовище держало крепко.