Странники вселенной. Прыжок в бесконечность

Скользнув лучом фонарика по сторонам, полковник не высветил ничего, свет таял в темноте обширного пространства, не встречая препятствий.

– Могло ли так случиться, что кусок небоскреба метаморфов оказался внутри еще более крупного здания? – спросил Владимирский.

– В последнее время я уже ничему не удивляюсь, – ответил Чертогонов.

– Пойдемте да посмотрим, что это такое, – беспечно предложил Владимир.

Все четверо осторожно двинулись вперед.

– Как будто по аэродрому идем, – заметил полковник, когда тусклые огни корабля стали едва различимы вдали.

– По-моему, там впереди что-то есть, – сказала Юлия. – Дядя Жора посветите вот туда.

Полковник направил луч фонарика в указанном направлении.

– Стена, – определил Чертогонов.

– А в стене может быть дверка, – сказал Владимир.

– Сейчас подойдем ближе, проверим, – решил полковник.

Через минуту они и в самом деле оказались у сплошной металлической стены. Владимирский посветил вверх, но и здесь не увидел потолка.

– Ну и куда дальше? – спросил Владимир.

– Вы налево, мы с Николаичем направо, – ответил Владимирский. – Как найдете что-нибудь интересное, свистите.

– Только слишком не удаляйтесь, – на всякий случай предупредил Чертогонов.

Друзья разделились и разошлись вдоль стены в разные стороны.

– Как думаешь, ребятишки смогут вытащить нас отсюда? – тихо спросил Владимирский, изучая стену при свете фонарика.

Чертогонов тяжело вздохнул:

– Не знаю, Семеныч. Мы с тобой немало попутешествовали по гипертоннелям, но таким способом переместились впервые.

– Умеешь ты утешить старого друга. Не хотел говорить при детях, но я тебе этого, Серега, никогда не прощу. Второй раз ты меня втянул в заваруху, и еще покруче прежней.

– Можно подумать, если бы я не участвовал в новом проекте, ты бы не отправился выручать ребят, – усмехнулся Чертогонов.

– Тогда бы я кого-нибудь другого материл, – отозвался Владимирский.

– Пробовал было с бывшей мосты навести, да как-то не наладилось. Да и с сыном мы на разных волнах, друг друга не понимаем.

– Ты не говорил, что у тебя дети есть, – удивился Владимирский.

– А ты никогда и не спрашивал. Да сын уж взрослый давно, мы с женой разошлись, когда ему пятнадцать было.