Хранитель ключей

Алёне трудно приходилось, как десятками миллионов женщинам среднего возраста, даже не помышлявших о чуде. Она была согласна уже на простую обезьяну. Открещивалась от детей: слишком устала пахать ради собственного существования.

Бледная. Шатающаяся. С размазанной тушью. Одним словом, зарёванная и избитая жизнью, которая колошматила её как только это было возможно. Она шла такой по стройной яркой улице, ненавидела весь мир и даже подумывала приобрести мышьяк. Всё перед ней вертелось со страшной скоростью, заносило в водоворот нищеты и долгов перед банком, приближало к шансу оказаться у помойки попрошайкой.

Она была убита. Раздроблена обстоятельствами. И с ещё большей ненавистью глядела на наряженные ёлки, на улыбающихся Дед Морозов, продававших бесполезные игрушки, на людей, нёсших в красивых пакетах подарки любимым, на красивые ледяные горки на просторной площади, в центре которой в тёплое время года работал фонтан, на детей у горок, кружащихся у ледяных фигур. Слёзы леденели.

Резали глаза. Проливались с ещё большей горечью, испытанные неприятным одиночеством.

Женщина всхлипывала. Разрывалась от душевной боли; желала даже не умереть, а сдохнуть.

«Возьми кредитные каникулы», – предложили ей умные коллеги, но они не знали, что Алёна уже это делала, когда выгоняли в прошлый раз. Сказали: «недостаточно эффективна» и «непригодна для политики компании».

«Да… С такой зарплатой только на макарошках и жить, существовать как собака», – думала про себя Алёна, вспоминая жизнь, нереализованные желания и потери.

Трещал снег под ногами. Женщина проваливалась в него каблуками, что были безжалостно прижаты мощной стопой. Неаккуратный шаг, и она всем своим весом завалилась на того, кто шёл в противоположную сторону.

Увы, она ничего не видела из-за снега и слёз. Сил хватило лишь встать, слегка отряхнуться и, извиняясь, приняться за сбор вещей, выпавших из коробки.

– Чего это я? Простите! Простите меня! – кланялась, продолжала собирать обронённое, не глядя на того.

Органайзер. Дневник. Рамка с фотографией. В дребезги разбитая кружка. Всегда белая. Пару папок. И ключ от кабинета, в котором она когда-то работала. Забыла отдать. Как только её пальцы схватили ключ со странным брелком, к нему же потянулись чужие руки. – Извините! – выдохнула женщина и наконец посмотрела на незнакомца перед собой. На человека, с которым у неё образовался ток лишь от одного соприкосновения.