Северный Колосс. Предвестие Бури

Хартвиги понимали это куда лучше графа, а потому либо выйти в море их заставила великая нужда, либо же они собирались зимовать в чужих землях, а домой вернуться, когда льды растают.

– Не лучшее, – кивнул Берндейл, в молодости водивший корабли в Деус и Таланию вместе с отцом Тораса. Жители разграбленных деревень прозвали Кьелда Кровожадным Медведем, и раньше одного упоминания его имени хватало, чтобы обратить врага в бегство, однако слава рыцаря с годами поблекла, как и память о его деяниях. – Но дуют холодные ветра, и зима будет лютой.

Халладен был вынужден согласится с ним – хартвиги несомненно пришли за пищей, а значит будут второпях грабить прибрежные селения, даже не помышляя вторгнуться вглубь континента. А то, что король Талании ощутит на себе клыки северных волков, было лишь на руку Торасу, хотевшему добиться его помощи в борьбе с Альвигом.

– А вот и обещанный поросенок! – Вновь самым внимательным оказался Гавин, увидевший двоих слуг с большим подносом.

– Наконец-то, – прорычал Кьелд.

– Посуду прочь!

Ульрих Рор смел со стола опустевшие кувшины и миски, освобождая место для мяса, а Курц тем временем выхватил из пасти у поросенка печеное яблоко, и впился в него зубами, забрызгивая соком усы.

– Эй, хозяин, – прокричал он. – Напеки еще яблочек, уж очень вкусны!

За соседним столом кто-то достал лютню, и принялся перебирать струны, пытаясь извлечь некое подобие мелодии, однако умения новоявленного музыканта хватало только на то, чтобы мучить инструмент и слух окружающих.

– Перестань немедленно! – Не выдержал кто-то, вскакивая со скамьи. – Или я разобью лютню о твою голову!

Вид у мужчины был решительный, так что музыкант поспешил исполнить его требование, хоть и с явной неохотой.

– Чего так сидеть, – поднялся со своего места лысоватый островитянин с всклокоченной рыжей бородой. – Кто хочет услышать историю о ратных подвигах?

– Мы хотим!

– Говори!

Раздался нестройный хор пьяных голосов – послушать о былых битвах хотелось каждому, особенно если рассказчик сам предлагал и к тому же не требовал платы.

– Это будет интересно, – улыбнулся Берндейл, сев вполоборота, чтобы видеть лучше островитянина, решившего развлечь посетителей трактира.

– Если только рассказчик из него лучше, чем из предыдущего – музыкант, – хмыкнул Ульрих, впиваясь в кусок окорока, доставшийся ему после раздела поросенка.