Вампирские истории

– Мама! – кричала девочка, вновь выдав своё расположение.

Ей бы затаиться, не подавать голоса, овладеть тайной магией и окружить себя заклятьями отражения, пеленой тьмы и иллюзий, освоить невидимость, чтобы никто не заметил и никто не нашёл, однако же ничего такого она не умела, да и впервые для себя открывала возможности отца и вот только что на её глазах воскресшей и вновь погибшей матери.

– Дани! – окружённый магической сферой, испускающей косые разряды, словно щупальца, поражающие на подлёте любые стрелы и поджаривающие шкуру лезущих упырей, метнулся Фрис к возлюбленной, застав её последние мгновения, – Дани, прости меня! – приподнял он её голову, присев рядом, не представляя, чем сейчас помогать, разве что её святая магия опять что-нибудь сможет.

– Милый Фрис… – едва смогла она произнести от покидающих сил.

– Нет, назови меня настоящим именем, к чему теперь эти маски и притворства, – почти шептал тот, лаская её золотистые волосы, поглаживая по голове.

– Акаш, – попыталась та изобразить подобие улыбки, сквозь боль и мучения, вкладывая в его руки маленькую шкатулку в виде бирюзового куба с замочной скважиной.

– Не уходи! Родная моя, чудесная! Солнышко всей моей жизни. Прошу тебя! Только не ты, только не туда! Этот мир мёртвых не желает меня отпускать, теперь забирая ещё и тебя! Дани! Живи! Только живи! – бормотал он, придерживая её.

– Защити её… – напоследок слетело с женских пухловатых губ, прежде чем взгляд стал почти что стеклянным, а тело окончательно обмякло в его руках.

– Лучше так, чем пытки цепями и крючьями, что церковники готовили ей за измену, если бы нам удалось схватить её живой, – подметила шагавшая ближе Адель, встреченная переполненный ненавистью слёзный взгляд своего брата, – Что? Не думал о том, что вас ждёт? Это самая ужасная смерть, когда тебя буквально заживо раздирают на куски! Словно ты призвал орды зомби, а они не стали тебя слушаться, схватили и начали пожирать! Брр! – её аж по-настоящему трясло во время представления в своей голове подобной сцены, – Укус за укусом, кусок за куском… Кожа, мышцы, пальцы… Съеденной заживо или разорванной на части быть даже врагу не пожелаешь, Акаш.

– Чего медлим?! – недовольно скрежетал Зик, – Убил её и убил, действуем дальше. Испепелим дом и дело с концом, – громко говорил волшебник, пока Хорлен возился со столом, ковриком и дверцей.