Вампирские истории

А по дальнюю сторону, возле принесённого чайника, располагалась сама Клотильда – низенькая пожилая дама с округлым морщинистым личиком, в тёмно-зелёном сарафане и уложенной в пучок копной седых волос, похожих на тонкую паутину.

Снаружи раздалось характерное шипение скулящих и предупреждающих о том, что они уже рядом, бледных упырей. А потом все четверо ощутили скрежет, с которым эти создания, окружившие избу, карабкаются по бревенчатым стенам и даже залезают на крышу, постукивая длиннющими когтями мощных лап, как бы перекрывая все пути обхода и даже попытку влезть на чердак.

– Только ищейки или «они» тоже? – приняла дочь из рук супруга Дани, прижав Мирру к груди, а потом поставив ножками на пол.

– Не знаю, ты видела? – присел отец возле дочери, посмотрев той в перепуганные глаза.

– Только этих, – всё ещё не отдышавшись, отвечала напуганная девочка, кивнув в сторону окна.

– Так или иначе, себя ждать не заставят, придётся сражаться, раз снова выследили, – показывала свой серьёзный настрой женщина в голубом платье.

– Я отважу любую дрянь с порога моего дома, – спокойно отпила чашку чая Клотильда, – Они ещё не знают, на чью избу позарились.

– Дело не в них, дело в… – забормотала мать девочки, но её оборвал стук во входную дверь.

– Здесь не рады гостям, – громко старческим скрипучим голосом воскликнула Клотильда тем, кто стучался снаружи, опираясь на стол и поднимаясь медленно на ноги подрагивавшим совсем не от страха, а исключительно из-за старости телом, хватаясь за изогнутую деревянную клюку, без которой уже не могла передвигаться.

Стук повторился, что, несомненно, злило хозяйку дома. Она неспешно, прихрамывая левой ногой, вышла из-за стола, но встречать незваных гостей не намеривалась, а просто встала по центру этой трапезной комнаты, откуда одна дверь, что была напротив, вела в сени, а три вдоль стены по левую руку – в спальни, принадлежавшие ей, Мирре и родителям девочки.

– Я сказала, вам здесь не рады! – приподняла клюку старуха, ударив той по полу и издав невидимую, но ощутимую энергетическую волну, сбросившую со стен, всех, цепко рассевшихся там, как пауки, упырей, попадавших на землю и заскрежетавших зубами от такой дерзости в их адрес.

Мирра жалась к матери, хватая ту за талию и прижимаясь к бедру. Нежная заботливая ладошка поглаживала по всем заплетённым косичкам в тщетных попытках как-то успокоить и сбить нарастающее изнутри напряжение.