Песнь кинжала и флейты

Мелькнула чёткая мысль, что, если не поторопиться, можно вообще так никуда и не выбраться. Надо было рвануть к докам, отплыть на каком-нибудь корабле. Напроситься всеми правдами и неправдами к кому-нибудь в команду. В общем, оказаться подальше от окраины, где дракон сокрушал дома, башни и стены, озаряя и без того ясный день полыхающим ярким пламенем. Да ещё мелкую эту бросать совсем не хотелось, хотя она ничегошеньки не была должна странной и чрезвычайно опасной девчушке.

– Туда, – потащила Диана её за руку.

А на них налетел перебегавший дорогу мужчина, спешно выскочивший из трактира на той стороне и споткнувшийся о девчонок. На бежевой рубашке его было пятно от пролитого ароматного пива. На лысеющей голове тёмная округлая шапка паколь с тканым маленьким козырьком. Он был пузат, не трезв и ругался так, как не позволяли себе даже орки.

Он спешно поднялся, пытаясь сообразить, где вообще находится. Грозил кулаком и рассыпал проклятья, пока та потирала ушибленный лоб. Такое поведение гостью из Черногорья весьма разозлило. Более того, на её состояние тому вообще было всё равно, он даже не извинился, не полюбопытствовал, как она. А торопился бежать и спасать свою шкуру.

– Что б я больше вас, малявок, перед входом в пивную не видел! – бренчал его заплетавшийся язык, а толстые пальцы сжимались опять в грозящий кулак.

– Свинка-а-а-а-а! – заголосила Лилу своим звенящим тембром, и тут же этот тип со звуком лёгкого хлопка в быстро рассеивающейся бледной дымке обратился в упитанного поросёнка, озадаченно хрюкающего поверх сползавшей одежды.

– Это ещё что?! – лезли сиреневые глаза Дианы на лоб.

– Это? Заклятье превращения, – поясняла девочка. – Если мне кто-то не нравится, тётушка Цирцея, родная сестра моей мамы-чародейки и тоже волшебница, научила меня превращать других в свиней! Здорово же? Смотри, какой у него пятачок! – тыкала она пальцем в нежно-розовое рыльце перепуганного зверя.

– Не трогай, а то укусит ещё, – убрала подальше от свиньи Ди детскую руку.