Песнь кинжала и флейты. Том 2

Ездовой зверь, родственный антилопам, мало походил на собратьев, словно был рождён коренастым карликом для своего вида. Слегка горбатая мордочка забавно двигала мягким носом в виде мягкого, вздутого хоботка с двумя округлыми ноздрями и мило поглядывала на всех собравшихся, шевеля ко всему прочему ещё и ушами, отгоняя насекомых.

– Ну, и куда вы слезли? Уши развесили, сладкие речи этого зеленоглазого-зеленовласого заслушались, – фыркнула Кьяра, – а оружие?!

– Ой, точно, – полезла Ди обратно в телегу, и вдвоём с Кьярой они мимо орочьих трупов спешно добрались до сундука.

 – Совсем из головы что-то вылетело.

– Вот, что бы ты без меня делала! – улыбалась аристократка.

– Пусть мистер пушистик зубками тащит ваши мечики, как оруженосец! – снаружи веселилась Лилу.

– Много тут всего, – заявила Диана, когда на пару с подругой они приоткрыли крышку.

– Мне лишний вес ни к чему, – взяла леди фон Блитц только свой большой эспадон.

Плутовка из Стеллантора вернула свои кинжалы, проверив лезвия в ножнах.

От синего так и веяло прохладой, словно в жаркий день в степи его можно было бы положить рядом с собой и нежиться в морозящей ауре. Девушка также бросила взгляд на остальное содержимое, размышляя, нужно ли ей ещё что-нибудь, забрала чёрную ленту метательных ножей, повесив на себя на всякий случай, но больше вооружаться ничем не захотела.

– Вон и меч у неё какой! С Дона Кабала размером! – глядел Бром на Кьяру. – Я б такой даже не поднял! А у меня силища-то! – сгибал гном руку, сжатую в задранном кулаке, и демонстрировал сквозь ткань наряда и вправду неплохие бицепсы.

– Ну, ты и невежа, конечно, – качал головой Фламер. – Вон там наша тележка оставлена, – жеманным жестом руки указал он на небольшой холм поодаль, – оттуда мы бежали на этот орочий караван. – Возьмите себе воды и еды из припасов. А мы поглядим, что тут орки перевозили. Но меч действительно неплохой, неужели столь хрупкая изящная лань и вправду ловко размахивает подобным смертоносным рогом? – дивился эльф, глядя на Кьяру.

– Могу и продемонстрировать, – с ноткой угрозы в своём бойком и в то же время мягком голоске нахмурилась та, вылезая наружу, похоже, не особо обрадованная таким поэтическим сравнением.

– Клинок разящий путь свой видит. Летит, пронзая ткань миров. Без ненависти плоть обидит. Без сожаленья пустит кровь… – зачитывал главарь банды стихи.