Песнь кинжала и флейты. Том 2

– Вам что-то здесь нужно? – голос его был с хрипотцой, но при этом довольно чеканным, грубым и солдатским, в нижних допустимых границах для баритона.

Диана отчего-то вообразила его служивым моряком, подавшимся в пираты, чтобы попугай на плече, деревянная нога, повязка с рисунком черепушки, наследная военная треуголка, перекрашенная из синего в чёрный, как полагается. Но рядом не было ни птицы, ни шляпы, да и обе ноги у него были целы.

– Ваш котяра, что нас обокрал, – смело заявила ему Ди, видя возникшего фелина позади старого гнома.

– Я им, между прочим, уже всё вернул, – нагнулся к нему тот самый воришка.

– Заткнись, Мурчун, не с тобой разговариваю, – фыркнул дворф, посасывая трубку и пуская густое, довольно надолго зависшее в воздухе серое колечко дыма.

– Уршид, – вежливо поправил его тот.

– Тихо, кому сказал, – бурчал одноглазый курильщик. – Так что привело таких девиц в этот город? – пристально продолжал он разглядывать незнакомых девушек в свете догорающей спички и тлеющей трубки.

– Мурчун, – тихо посмеивалась Кьяра, глядя на подругу.

– Мы тут на денёк, просто пополнить припасы в своём путешествии, – ответила ему Диана.

– Плутовки-воровки, что ль? Есть чем угостить старого курильщика? А? Может это… того? Пойдём пыхнем? – потягивал гном свою трубку.

– Да вы уже, я смотрю, – заметила Кьяра. – Кальяны, трубки, табакерки и курительные смеси с собой не держим.

– Включи-ка свет, котофей, будь полезен, – не отрывая взора от девушек, попросил он воришку.

Вскоре затрещали и завертелись какие-то шестерни, раздался лёгкий скрип, и во всех углах пятиугольного помещения зажглось по сверкающему кристаллу. Как раз у дворфа и спичка в пальцах догорела, но грубые белёсые кончики даже не дрогнули и не выронили огонёк, словно тамошние мозоли давно ничего не чувствовали.

– Я Федор, – представился гном, растягивая «о». – Иногда «Старик Федор», что по мне видно, иногда «Одноглазый Федор», что вы тоже должны заприметить, если сами не слепые, кхе-кхе, – прокашлял он.

Теперь можно было рассмотреть, что голову гнома венчал деревянный шлем-полусфера с крестовой металлической окантовкой. Чаще такой головной убор носили норды, а курильщик комплекцией больше напоминал дворфа – изрядно шире, толще, голова скорее в форме репы, нежели шарообразная. А на теле его был желтый кафтан с декором из синих и зелёных полос в центральной части.

– Кьяра фон Блитц, – представилась аристократка.