Канун Рагнарёка

Казалось, замешкайся кто на улице, как тотчас бы обледенел. Некоторые звери так и застыли, пожёвывая свежую зелень, которую отыскать в северном краю было не так уж и просто, но места для пастбищ и густые леса здесь всё же водились.

Через миг всё вокруг стихло. Цербер промчался, сея ужас и хаос дальше по своему неведомому маршруту. Никто и думать не желал, куда теперь он отправится. Каждый лишь надеялся, что его дом и его близких такая катастрофа обойдёт стороной, не заденет, и всё же все волновались. Быть может, кроме Лилу, ведь она была с Черногорья, откуда чудовище и прибыло.

Двери каменного строения перед ними открылись. Оттуда выглянуло несколько жителей: худощавый норд без бороды и усов с лысым лбом и уложенными назад седыми космами на затылке, женщина в зелёной косынке, коренастая девчонка с двумя хвостиками волос пшеничного цвета, ещё одна молодая девочка-гном с косами на плечах и веснушчатым лицом да нечто столь заросшее сине-серыми волосами, что среди чёлки нельзя было разобрать толком ни глаз, ни даже носа.

– Бром вернулся! Бром вернулся! – радостно переглянулись младшие из девиц.

– Вегнулся? Зачем это?! Только что ж избавил нас от своего надоедливого пгисутствия! Что там? Его я хотя бы знаю, – потряс щуплый гном во фраке позолоченным браслетом-цепочкой, пока грозил пальцем, – а это ещё кого он к нам сюда пгиволок? Бгом в пгошлый газ был с пгиятелем, а тепегь их вон, целая свога! Что собак, что товагищей! Где мы их газмещать-таки будем? А?! – негодовал он.

– Молчи, – кофейником на длиннющей ручке, словно молотком, треснуло его по лысине заросшее существо.

– Ауч, – вскрикнул гном, коснувшись шишки ладошкой. – Я пгосто волнуюсь, что самим будет негде спать!

– Милости просим, дорогие гости, – поманила путников в дом дама в зелёной косынке.

Перепуганные, замёршие, еле переводящие дух странники едва могли опомниться и прийти в себя, двинувшись в сторону двери, выпускавшей наружу из дома тепло и вкусные, царящие внутри ароматы. Диана Лафо покачивалась, так что Кьяра её приобняла, помогая дойти. Барсук пробирался сквозь снег, а Бром пошёл первый. В конце концов в этом доме жили его не то друзья, не то даже родственники. Он ведь сюда привёл своих спутников.