Хроники Бальтазара. Том 3

Кагуя было ринулась следом, но некромант создал чёрный смерч в форме собственного гигантского змея из завихрений, и тот ударом хвоста сбил левитирующую принцессу в сугробы лесной опушки. Лезвия, правда, срезали кончик хвоста, и кусок этот сразу исчез, растворившись в воздухе. Восседавший среди рогов на голове своего чудовища некромант обернулся и сделал из обрубка надутый волдырь, а потом пассами расходящихся пальцев формировал выглядывающие оттуда иглы, превращая нынешний кончик хвоста в некую булаву.

Змей из сгустков тёмной энергии при этом ползал боком, как некоторые песчаные гремучники, гадюки и эфы, и вместо того, чтобы атаковать Баше и пытаться забрать артефакт, он пятился в сторону города, как бы отступая, расталкивая булавой драугров, пытавшихся тщетно атаковать огромную тушу своими катанами.

Фиалковый взор некроманта был прикрыт, он будто бы каким-то внутренним взором оглядывал сейчас ситуацию и управлял исполинским чудовищем. Такой монстр требовал невероятной концентрации и сосредоточенности.

Подрагивающие ресницы то и дело пропускали меж своих волосков паутину тонких фиолетовых разрядов. Пальцы сжимали роговые выступы, как кучер держит поводья или капитан руль своего корабля.

А потом произошло то, чего не ждал даже сам тёмный лорд. Разбуженная всем этим шумом лесная и деревенская нечисть: болотницы, кикиморы, овинники, обдерихи, а с ними зимние и снежные духи чащи принялись отстаивать свою территорию от незваных гостей, прогоняя ёкаев прочь. А тех уже некому было собрать в единое воинство, все они были предоставлены сами себе и спешно разбегались кто куда от слаженной атаки утопленниц, лесных мавок и сирен – хищных птиц с зубастой женской головой.

Всмотревшись сквозь ткань реальности на более тонкий эфирный и астральный план, Бальтазар увидел, что все они были пробуждены чародейством Ильдара, призывавшим местных духов защищать свои земли и владения от посягательства иноземных. И хотя с неубиваемыми песчаными воинами никакие лешачихи ничего поделать не могли, они хотя бы бросались на ёкаев, терзая духов Дайкона, изгоняя подальше от собственных угодий.

А там подключались и другие косматые и бледные сущности, раз за разом не оставляя времени даже на передышку улепётывавшим заграничным страшилищам.

Но видел некромант также, что питает бессмертную армию – совсем не внутренняя сила Кагуи или некий её дар. А все эфирные нити подпитки, оживляющей и придающей им человеческий облик в одеянии и броне, тянутся к самому артефакту.