Хроники Бальтазара. Том 3

Только еда на столе ждёт неподвижно, – вздыхала та.

– Там же про неподвижные скалы, – хлопнула себя Кагуя-химэ по лицу.

– Скалы похожи на тортик, – облизнулась Кацуми, – посыпанный сахарной пудрой.

VIII

Недоверие между встретившимися правителями было взаимным. Бальтазар тоже сомневался в верности ведьмы-принцессы своему слову и опасался, что та не станет его ждать, а просто сотрёт ещё несколько деревень. А точнее, переоборудует их на дайконский манер, как он уже видел. Завоеватели мгновенно обживали захваченные дома, принося туда свою культуру, своих божков, свои традиции, еду и даже посуду.

Вкус змеиного шашлыка и черепашьего супа, где чеснок, острые перцы, тимьян и майоран застилали собой мясо, всё ещё царил шлейфом воспоминаний не то где-то во рту, не то лишь в его голове. В любом случае, повторять подобную трапезу он желанием не горел.

Быть может, распознать черепашье мясо на вкус помешал обожженный чаем язык, но тогда он должен был притупить и другие ощущения от лапши и ножек дичи со специями, чем-то напоминавших такие же ярко-красные, что он видел у орков в Урде, только пряности здесь были совершенно иными, за исключением некоторых повторяющихся.

Тёмный лорд приказал Ильдару защищать Люцию и приглядывать за ней. На местного, едва знакомого генерала он тоже не то чтобы прямо-таки мог всей душой положиться. К тому же тот был стар, пусть и ловок, и слишком хорошо знал враждебную культуру, будто из-за этого Бальтазар опасался предательства.

Поход к башне-замку сэра Дельвига Хаймлига состоялся всего лишь из двоих человек.

Она оттягивала еловые ветки, швыряясь снегом в тёмного лорда. Пыталась раззадорить его игрою в снежки, потом просила скатать с ней снеговика, собрав тому глазки и носик из кедровых шишек, а обломанные сухие ветки лиственных деревьев вставили сотворённому созданию в качестве рук.

– Вот таких вот слепили и оживили. Целое войско, – качал головой Бальтазар. – Это ж надо…

– Читала про края, где таких чудиков плетут из соломы, а потом сжигают. Нередко с какой-нибудь жертвой внутри для богатого урожая, – делилась с ним рыжая компаку.

– Разные культы бывают, – кривил губы Бальтазар. – А что у Дайкона по жертвоприношениям?

– Раньше при возведении дворца или моста практиковали обычай хитобашира, – рассказывала Кацуми.