Хроники Бальтазара. Том 3

Столбы иногда сопровождались резными профилями стражей – кома-ину и шису, эдакой помести собаки со львом и драконом.

Патрульные ходили, помимо ножен с оружием на поясе, ещё и с болтавшимися там же тыквами-горлянкам, где могла быть питьевая вода, сохранявшийся дольше горячим чай, а то и что-то более согревающее. Но даже стражники периодически находили время, чтобы выстроиться в очередь и помолиться. Правда, не все. Одни непринуждённо беседовали меж собой, периодически посмеиваясь.

– Глядите, разыгрывают сценки боевого театра. Одни изображают в масках ужаса трепет тех, кто познал поражение. Другие с красно-чёрными «лицами» играют захватчиков, празднующих победу, – указывал на веселящихся у костра дайконцев Велетир. – Сколько выражено эмоций в этих рисунках! Здесь и скорбь, и страх, и гордость.

– Почему сапоги на всех ступенях? – кривил губы и изгибал брови в непонимании Бальтазар. – Почему обувь выставили? Не сушиться ж на морозе!

– Такова их традиция. По дому обутыми ходить не принято. Там специальный настил, по которому нужно ходить босяком, – пояснял генерал.

– А если снегопад? По голенище в снегу найдут свои башмаки и сапоги! – негодовал лорд Кроненгард.

– Для того и пагоды «козырьками» поставили, – отвечал Велетир. – Каждую избу ритуалами освещают на свой манер по всем углам. Наши идолы, небось, убирают, своих ставят. Не знаю уж, что делают, но буквально вот этими скорыми пристройками обращают в подобие своего жилища. А ведь не их дома, ты ж смотри! – цокал он языком и осуждающе качал головой.

– Ветром косым всё равно снег надуть может… И ведь не боятся, что украдут! Хе! – усмехался Бальтазар.

– Нравы иные, милорд. Да и тут всё-таки не городок, а пока все свои. Дисциплинированные военные, – проговорил ему Ильдар.

– Вот-вот, – кивал и пожилой генерал. – Нам многие их традиции не понять. Без молитвы есть не начинают, себе накладывать и наливать – дурной тон, не что иное, как проявление себялюбия, гордыни и эгоизма.