Москва – Гребешки

Телепается крюк туда-сюда: вправо – влево… вправо – влево… вправо – влево…

И дворники-стеклоочистители, ехидно и скрипуче ширкают в обе стороны: ширк-ширк… ширк-ширк… ширк-ширк…

Пассажиры испуганно взвизгнули хором от неожиданности.

А как тут не взвизгнешь, когда в такую переделку самолично попадаешь… Тут не только взвизгнешь, но и загундишь, завоешь или запоёшь… загробным голосом.

На этой волне в салоне кавардак случился. Столпотворение вавилонское началось хаотичное. Кто куда… Кто на кого… Кто с кем… Кто зачем…

Бедолаги не удержались на своих местах от резкого торможения: сидевшие ещё крепче вжались в спинки сидений, упираясь ногами во всё, во что было возможно; полулежавшие люди приняли ещё более неудобное наклонное, почти горизонтальное положение между сиденьями и на их торчащих спинках; а те, которые стоймя стояли в проходе, руками крепко-накрепко державшись за верхний поручень или просто за воздух, повалились, как костяшки домино, друг на друга и на бесчисленные чемоданы, рюкзаки, сумки, коробки, пакеты, мешки, узлы и котомки.

Бедняги инстинктивно стали громко икать, охать, ухать, ахать и верещать.

Опасная икота напала на Федота… с Федота на Якова, с Якова на всякого…

Кто-то выть протяжно пытался, а кто-то плакал навзрыд, утирая набежавшие слюни и размазывая по щекам жёлто-зелёные сопли. Некоторые в ступоре были.

Но в основном люди орали благим матом. Нехорошие и непристойные слова по-русски, по-английски, по-французски, по-немецки, по-белорусски и по-украински, по-якутски и по-бурятски, по-мордовски и по-марийски, по-чувашски и по-удмуртски, по-еврейски и по-арабски, по-казахски, по-узбекски, по-туркменски… и на других языках народов мира заполнили внутреннее пространство автобусного салона буквально от пола и до потолка, от кабины и до задней площадки, от левой стенки и до правой.

Всё смешалось и перемесилось. Брань и сквернословие изо всей силы могучей звуковой волной ударили по ветровому стеклу автобуса, пытаясь вырваться наружу.

Закалённое стекло прогнулось чуток, но выдержало мощный звуковой напор.

Стекло выдержало и самортизировало. Оно отразило могучий звуковой натиск.

Испуганно-ругательная, неприлично-иносказательная и бранно-нецензурная смесь из русских и иностранных слов глухим тяжело кашляющим и клокочущим отражением понеслась в обратном направлении в глубь салона, многократно завихряясь… и этими завихрёнными клубами виляя из стороны в сторону.