Пушистые Котосказки. Серия юмористических рассказов

Очутившись в спальне, он нацелился на кровать и запрыгнул на неё всей своей маленькой, но очень внушительной массой. Однако, приземлился он не на матрац, а на одного из спящих людей, а именно на молодого коротко стриженного человека, который тут же очнулся от внезапного нападения и чуть не сходил под себя от страха.

«Ну и нечего было так ложиться на всю кровать!» – подумал Вениамин про себя. Не церемонясь и не обращая внимания, он направился дальше, прямиком к своей любимой из подданных черноволосой девушке.

***

А проснулся он во сне, но без сознания, в больнице. Вокруг него суетливо бегают мини-люди – врачи – и что-то непонятное бормочут на своём человеческом языке. Живут в котомире, а мяукать всё никак не могут научиться.

Лежит он, значит, на койке, никого не трогает, а на его мордашку напялили кислородную маску и поставили капельницу с валерьянкой. Рядышком на мягком кресле пребывает его Несса, то и дело облизывая его лапку, чтобы он чувствовал её тепло, дабы скорее пришёл в себя, но иногда переключалась и на свои лапки, за собой ведь тоже надо следить и держать в чистоте, ведь это залог здоровья, порядок – прежде всего.

Тем более Веня в отключке, а кроме него Нессу облизывать больше никто не имеет права. Барышня-то замужняя. Посовещавшись, мини-люди разбежались по своим, видимо, важным и неотложным делам в разные стороны, но один из них вошёл в палату и заговорил с Нессой.

– Миссис Несса, – начал тот. – Воду из лёгких вашего супруга мы откачали. Но в связи с тем, что он стукнулся головой о катамаран, когда всплывал, он попал в кому, и потому неизвестно, сколько он пробудет без сознания. Мы сделали всё, что от нас зависит, и теперь всё в лапках вашего КотоБога, – заключил врач.

Несса дико на него посмотрела, не проронив ни одного «мяу», и тут человечек понял, что пора бежать, пока когти не оказались у него на лице, после чего тут же скрылся за дверью, сверкая мини-пятками.

Его жена не отходила от него ни на минутку уже на протяжении нескольких часов, пока ей не понадобилось в дамскую комнату, и она оставила на это незначительное, казалось бы, время любимого, но такого беззащитного и совершенно одного.