Страна вечного детства

Он в зеркало редко смотрелся, до сих пор помнил и ощущал себя юным, поэтому всегда удивлялся, заметив где-нибудь своё отражение.

Мужчина вышел в тамбур, закурил и снова вспомнил, как унизил подростков, стало ему весело. Но когда Костя вернулся в вагон, его радость сменилась возмущением. На его месте сидела та самая девочка в костюме призрака.

– Чего опять припёрлась? – заорал он.

Костя подошёл ближе и увидел, что её простыня в районе лица густо пропитана чем-то красным. И это пятно только увеличивалось.

– Эй, чего с тобой? – Костя немного испугался.

– Морду мне разбили, дядь, – сказав это, девочка залилась смехом. И с каждым её смешком через дырки в простыне струйками вырывалась кровь. Мерзко хлюпала, растекалась, окрашивая белую ткань тёмно-бордовым.

– Что ты ржёшь, дура? – закричал Костя. – Нос заткни! Подруга твоя где? В больницу тебе надо!

Мужчина схватил простыню там, где она ещё была чистая, и сорвал её с девочки. Думал скомкать и сунуть ей в лицо, чтобы не залила всё вокруг.

Но он так и застыл с окровавленной тряпкой в руках, когда увидел лицо девочки. Оно было изувечено страшной чёрной раной от правого глаза до нижней челюсти. Девочку словно ударили топором по лицу.

– Поздно мне в больницу, дяденька, – сказала девочка, она смеялась, и куски её разорванных губ болтались туда-сюда, кровь капала с подбородка. Кожа у неё была голубая, глаза светлые, расплывчатые, как две тающие льдинки. Не всякий труп так плохо выглядит, а эта девочка всё ещё сидела, хохотала и разговаривала.

– Мама! – словно ребёнок, вскрикнул Костя и в ужасе кинулся обратно в двери. Он хотел добежать до людей, спрятаться среди них от этой нечисти. Но так и остался в тамбуре, потому что другой вагон оказался полон мертвецов. Через окна в дверях на него смотрели бледные лица. Были здесь и дети, и подростки, взрослые мужчины и женщины. Они будто собрались поглазеть на Костю. Мертвецы широко улыбались, обнажая белые зубы и чёрные дёсны, моргали неживыми глазами.

Одни были в ранах и в крови, а другие чистые. И все они были облачены в примитивные «костюмы призраков», стояли, приподняв их над головами, выглядывали из-под своих белых простыней, чтобы мужчина мог видеть их лица.

Костя отшатнулся. Его зажали между вагонами. С противоположной стороны девочка с израненным лицом теперь тоже была не одна. Рядом стояла её подруга, перемазанная кровью, и высокий мужчина в костюме Чебурашки, но без одного уха.