Курсант ВМА. Учеба в ВМА им. С. М .Кирова

Они, видите ли, претерпели столько мук, чтобы протиснуться в это заведение, но они предполагали учиться, учиться и учиться, медицине, как завещал дедушка Ильич.

А тут такое. Оказывается, что прежде еще надо в первую очередь научиться подтирать огромную, и чужую задницу. А мама с папой этого даже ни разу не говорили. А некоторые даже и не подозревали, что эта работа ожидает их чадо. Но не будем грешить. Худо-бедно работают все. Наука не мудрая. Тон задают имеющие опыт. А сынкам остается только быстро перенимать, а отлынивать не получится.

Но тем не менее находятся и в край обнаглевшие. Совершая очередной круг по всем этажам и загашникам, заглядываю в т.н. малую раздевалку. А там, укрывшись какими – то старыми попонами, типа шинелей, на узких скамеечках, составленных параллельно, дрыхнет какое – то тело. И это в самый разгар работы! Время около двенадцати дня. Срываю накидку с похрапывающего индивида, и вижу запухшую ото сна рожу по фамилии Секретарев.

Сей маловыразительный тип вел какое – то серое существование. Ни рыба, ни мясо. Не вырывался вперед, и застревал в задних. Он был рядовой, но успел где – то отметиться на срочной службе. Невысокого роста, плотный, губастый. Я взбесился. Пнул его ложе ногой так, что он кувыркнулся рылом в кафельную плитку на полу. Будь это какой – то вчерашний десятиклассник, я бы его пальцем бы не тронул. А этот уже считался матерым в службе.

Добавив еще пару матерных наставлений, поворачиваюсь и выхожу из комнаты. И в этот момент оно запрыгивает мне на спину, захватывает мою шею в замок и начинает душить. Я не могу произнести ни звука, успеваю только сложить из пальцев решетку и показать ему через плечо. И тут до него дошло. Хватка ослабела, и он как мешок сполз на пол.

– Ну, жди, ты у меня еще поплачешься, – процедил я ему сквозь зубы. Он схватился и побежал на свой объект.

Продолжаю обход и натыкаюсь на начальника столовой.

– Еще не успел туда заглянуть. Дам команду, уберут.

И тут Трищенко приглашает меня в свой кабинет. Восседает в своем огромном кресло.