Колонисты

Я спрыгнул вниз, выхватил обрез и, еще раз оглянувшись по сторонам, двинулся к входу.

Короткая и мелодичная трель возвестила о новом уведомлении. Я затормозил и открыл интерфейс:

«Сканирующий пост № 2 готов передать информацию колонисту № 3–27. Начать прием данных?»

Я подтвердил свое согласие и свернул интерфейс, делая шаг внутрь поста.

А в следующее мгновение меня снесли с ног. Я услышал запах мокрой шерсти, увидел клыкастую пасть, и мир померк. Я умер.

Часть первая. Новая жизнь. Глава 1

.

Серый армпласт надо мной, мягкий, но настойчивый свет нескольких ламп. И стены по бокам. Гроб? Ну, нет, зачем в нем свет? Значит – медкапсула.

Я облегченно вздохнул. Черт его знает как, но я выжил. Я помнил, что огромная зубастая тварь неслышно подкралась и набросилась на меня. Помнил смрад из ее пасти, боль от острых клыков, страх, когда челюсти сомкнулись на моей шее. Но все же – я жив. Как? Без понятия…

Единственное, что меня смущало – это некий дискомфорт, неприятные ощущения, будто твое тело и не твое вовсе.

Послышалось шипение, и крышка капсулы начала подниматься. А затем вообще ушла в сторону, открыв передо мной все такой же серый, но уже бетонный потолок и намного дальше от меня, чем крышка капсулы.

Я попытался подняться и сесть в капсуле. С трудом, но мне это удалось. «О! Прямо точно по графику!» – услышал я чей-то голос.

Врач. Ну, конечно же, это был врач, кто же еще?

И действительно, спустя мгновение передо мной возник худой высокий человек, с вытянутым, прямо-таки лошадиным лицом, на котором даже очки смотрелись нелепо. Одет он был в стандартный комбез, который тут носили не только такие колонисты, как я, но и гарнизонные вояки, правда, вне службы. Но у этого типа поверх комбеза был еще и белоснежный халат. Во всяком случае, халат показался мне таковым. Спустя пару секунд я смог заметить на нем пятна чего-то жирного.

Мысленно я поморщился. Как-то не стыковалась у меня в голове профессия врача и подобная неряшливость. В моем понимании врач не может позволить себе так выглядеть.

– Ну что, 3–27, очухался? – поинтересовался врач, тем самым отвлекая меня от созерцания его халата и поиска новых пятен.

– Кажет… – говорил я с трудом, было сложно выдавливать из горла слова. Да еще и голос звучал как-то по чужому, будто и не мой вовсе.