Колонисты

Сами кровати представляли собой шедевры мебельного мастерства, выполненные в том же стиле, что и столы с лавками в столовой – грубое, даже не зашлифованное дерево, матрасы, набитые непонятно чем, крайне жесткие, но, тем не менее, продавленные прошлыми «постояльцами». Постельное белье (если эти тряпки можно было так назвать) было грязным, покрытым жирными пятнами и пятнами, происхождение которых я точно не хотел узнавать.

Единственным, пожалуй, «плюсом», являлось наличие перегородок, создававших иллюзию отдельных комнат.

В каждой такой «комнате» было по 4-6 кроватей. Дверей в эти самые «комнаты» как таковых предусмотрено не было. Нечто подобное я наблюдал в одном крупном офисе, где все рабочие места были отгорожены друг от друга аналогичным образом.

– Мы что, тут ночевать будем? – поинтересовался я у Иваныча.

– У тебя есть другие предложения? – вопросом на вопрос ответил тот.

– Ну… Я видел на входе таблички про цены. Там было сказано: койка стоит от 10 до 20 кредитов. Может быть…

– Не может! – перебил меня Иваныч.

 – Если ты надеешься на отдельную комнату с душем и сортиром – можешь забыть. За двадцать кредитов ты получишь нижнюю койку в загоне на четыре кровати.

– Охренительные условия! – буркнул я.

– Не нравится – спи на улице, в спальном мешке, – пожал плечами Иваныч, – мы, к слову, уже завтра на ночь в город возвращаться не будем. Так что еще вспоминать будешь, какие эти кровати были удобные и комфортные.

– Неужели в городе нет нормальных хостелов? – продолжал упорствовать я.

– Хостелов? – фыркнул Иваныч. – Да я смотрю, ты сюда как турист прибыл, а не как колонист. Вот, что я тебе скажу – забудь про отдельную комнату и теплый сортир на ближайшие месяцы. Если на этой планете все пойдет как надо, в чем лично я сильно сомневаюсь, система позволит покупать землю, ставить форты. Если у тебя денег хватит – соорудишь себе халупу и живи в свое удовольствие.

– Во сколько же мне эта «халупа» обойдется? – хмыкнул я.

– Если ты доживешь до этого счастливого часа – поверь, денег тебе хватит! – успокоил меня Иваныч.

 – Все, заваливаемся спать! Завтра на рассвете выдвигаемся.

Мы нашли свободные койки, что далось нам с трудом, и я рухнул на грязную, неприятно пахнущую кровать.

Пробудился я рано, даже раньше Иваныча. Проснулся, тихо поднялся и, под аккомпанемент всевозможных видов храпа и сопения, доносившихся со всех сторон, осторожно двинулся на улицу. Солнце еще не встало, да и, похоже, его сегодня не будет – как-то пасмурно.