Колонисты 2

Хотя, с другой стороны, он вместо того, чтобы согласиться хоть на такие условия, вернуться в большой мир, предпочел прозябать в этой дыре, на Хрусте, в роли обычного колониста, в ряды которых добровольно записался.

Чего он ждал, на что надеялся – Дьяку оставалось лишь догадываться. К сожалению, поговорить «по душам» с контрабандистом было нельзя – смерть Кузьмы, его последующее перерождение в теле клона, может привести к полной потере его умений пилота. Либо частичной, что не намного легче.

Ну а попытки «наехать» и напугать оказались провальными – Кузьма был тертым калачом и не боялся подобного.

Дьяку не оставалось ничего, кроме как ждать. Или же пойти на уступки – отдать контрабандисту корабль. В принципе, Дьяк был готов на подобный шаг – но необходимо было насобирать достаточно денег, которых бы хватило на покупку баз и собственного, пусть и самого захудалого суденышка, способного дотащиться до Хруста и затем вернуться в обитаемые миры.

И ведь он уже был близок к цели, но тут такой облом: какие-то недалекие колонисты умудрились не только перестрелять его людей, но еще и украсть крупную партию добытых драгоценностей.

Как вообще эти идиоты, Карл и Демлер, остались одни? Почему оторвались от остального каравана? Дьяк сжал зубы… И ведь спросить теперь не у кого – оба эти дурака были мертвы, а остальные в караване даже не подозревали, что вез бубал этих двоих. Зато теперь узнали…

– Так я спрашиваю тебя еще раз! – напомнил о себе Гринберг.

– Каким еще делом?

– Я ведь говорил тебе, что появились артели охотников, у которых есть «НКВД».

– И я тебе говорил, что их уже ловят. Или ты не получил первую партию шкур от нас?

– Двести штук? – хмыкнул Гринберг. – Это капля в море. Та группа колонистов, которую я нанял, уже через неделю-другую притащит мне еще сотню. Так их, таки, всего трое!

– Мы займемся твоими «НКВД», как только поймаем тех полудурков, что решили напасть на моих людей и убить их…

– И с этого весь сыр-бор? – удивился Гринберг.

Дьяк выразительно посмотрел на Гринберга, мол, не твое это дело.

– Ладно, ладно, – замахал руками Гринберг, – если тебе это так надо – лови. Кто я такой, чтобы тебе запрещать.