Призрачный престол

Главное – быть стойким. – Сначала рассказывали, я просто сбрендил, а теперь – я обещанный всему миру спаситель? Давайте, сударь, обойдемся без такой чепухи. Убирайтесь. У меня нет с вами никаких дел.

Капитан Макдоннелл, до того молчавший, взъярился:

– Да что ты хорохоришься, молокосос! Лорд Андрас с тобой как есть говорит, все по чести рассказывает, а ты еще выкобениваться решил? А ну кончай это, бестолочь!

– Кончить ему бы и вправду не помешало, – Анвин провела рукой по бедру.

Лорд Андрас раздраженно поморщился:

– Заткнитесь уже оба, достали.

Гарет, не слушай этих шутов. Дональд солдат, он вежливо не умеет, а что касается Анвин… Смерть нелегкое испытание, должен ты понимать. Прости великодушно обоих. Лучше выйди, и нормально поговорим. Все неторопливо обсудим. Кстати, у нас и еда найдется. У Дональда в сумке солонина и сыр. Специально тебе везли.

– Спасибо, откажусь. Мне и здесь вполне нормально стоится.

– Ладно. Не хочешь по-хорошему – я сам к тебе пройду.

Лорд Андрас шагнул к проему между менгирами, за которым стоял Гарет. Отец выставил перед собой руку. Раскрытая ладонь словно наткнулась на препятствие – воздух перед ней задрожал, замерцал, пошел быстрой рябью. Лорд Андрас недовольно поморщился, быстро что-то пробормотал – и между его пальцев забегали голубые искорки. Гарет отчетливо ощутил движение магии. В конце концов, лорд Андрас всегда неплохо в ней разбирался. Отец подался вперед, выставил правое плечо, поднатужившись.

С трудом, будто сдвигая незримую стену, его ладонь все же продвинулась вперед – а вслед за тем он сам сделал еще один шаг.

Державшийся позади Дональд Макдоннелл вытащил из ножен меч. В руках Анвин откуда-то взялся кинжал. Гарет так и не понял, откуда девушка его достала, учитывая, что на ней не осталось одежды. Клинок будто сам собой вырос у нее из ладони – тонкий, холодный и острый. Сам лорд Андрас пока не доставал оружие – но он продвигался вперед, и Гарет чувствовал, что магическая защита, выставленная древними чародеями против любого сверхъестественного зла, все же дала слабину.

Гарет попятился, лихорадочно соображая, что делать. За его спиной заржал конь, звезды над головой продолжали гаснуть, лунный свет сделался совсем неживым. Еще давно отец – настоящий отец, а не это существо, забравшее его обличье – объяснял, как появились старые кромлехи и какая магия прежде творилась здесь.