Призрачный престол

– Я уже думала, ты и до утра не появишься, – проворчала она. – Чуть не решила сама за тобой явиться.

– Вы ждали меня? – выдавил Гарет, не зная, что еще сказать.

– Позвала. Так, чтобы ты услышал не ушами, а сердцем, и поскорее пришел. Согласись, заявись я тебе в комнаты, ты бы орал как резаный, а то и полез бы в драку. К тому же, за твоей комнатой наблюдали. Появись я в ней, могло бы выйти… нехорошо. Сейчас нас не видят – я поставила щит. Они верно решили, ты пошел по нужде. Немедленно отправляйся на двор и седлай коня.

– Что вы такое говорите, сударыня? Кто вы? Зачем вы здесь?

– А ты не узнал меня? Или делаешь вид, что не узнал? Впрочем, неважно. Я бы рада ответить во всех подробностях, да не могу. Они скоро появятся. Я и так потратила время, пытаясь тебя добудиться. Ты уходил слишком далеко, едва не покинул земли живых. Мог бы и не вернуться, пожалуй.

Женщина встала, отбросив книгу и сделала шаг вперед. Знакомые движения, памятная осанка, голос, который нельзя, просто невозможно забыть.

Гарет попытался что-то сказать – и не смог, чувствуя, как перехватывает судорогой горло. Он ощутил тошноту, как всегда случалось с ним при сильном волнении.

Гостья по-прежнему не снимала вуали, и это было особенно страшно. Больше всего Гарет боялся увидеть родное лицо, тронутое печатью разложения, изъеденное червями, обезображенное. Уж лучше просто лысый скалящийся череп – если только не задумываться о том, кому он принадлежит. Украшенные кольцами пальцы, правда, выглядели совсем как у живых людей.

Обычные руки немолодой леди, уже тронутые морщинами приближающейся старости, но не знавшие грубой работы.

Лунный свет на мгновение померк. Женщина повернула голову, глядя в окно. Носимая ею вуаль шевельнулась, но так и не открыла лица. Гарет заметил, что ткань, из которой вуаль сделана, настолько плотная, что сквозь нее совершенно нельзя ничего различить. Оставалось загадкой, как эта женщина сама умудрялась видеть хоть что-либо.

– Не стой столбом, – сказала она немного сердито и совершенно обыденно.

Совсем не так, как по мнению Гарета следовало разговаривать возвратившемуся с того света покойнику. – Я ожидала, ты поедешь в столицу, а ты и с места не сдвинулся. Почему до сих пор торчишь дома? Где твоя жажда странствий, куда подевалась?

– Я свихнулся, – сказал Гарет.

– Вполне вероятно, что да. Судя по тому, насколько у тебя челюсть отвисла. Да шевелись же наконец. Они приближаются. Придут совсем скоро.