Усилители смысла

Под таким палящим солнцем залезть даже под полосатую тень было весьма неплохой идеей. Вот только где ж её взять, если по газонам ногами не ходить? Разве что под козырьком у какого-нибудь здания.

На площадке стоял огромный остановочный павильон – весь насквозь застеклённый удивительно чистым стеклом, за которым виднелись составленные попарно скамейки. Хорошее место для того, чтобы дождаться своего автобуса.

За остановкой угадывалась стенка подземного перехода. При совершено пустой дороге это было как-то…

– Ты там долго?

Пятый резко повернулся, в глазах мелькнули цветные пятна.

– Пойдём или как?

Пятый криво кивнул и повернулся обратно. Там всё было по-прежнему – странное угловатое трапециевидное здание, чья передняя часть была почти полностью забрана синими стеклянными квадратиками. Слева и справа от этого… окна, угадывались две лестницы, одна – парадная, вторая, сбоку здания – запасная.

Подчёркивая важность здания, её полукругом обхватывало пустое пространство, ограниченное массивными поручнями, расцепленными в нескольких местах, чтобы дать место пешеходным дорожкам.

Через дорогу всё так же стояло какое-то заброшенное двухэтажное здание с изуродованным высоким забором. Видимо, когда-то он был просвечивающим, но потом кто-то решил, что грубый шлакоблок с неровными мазками бетона будет выглядеть лучше, чем то, что было видно через забор.

Он вспомнил, что надо было куда-то идти. И пошёл. Скоро рядом оказался Второй. И что странно – хоть проспект (для улицы дорога была широковата, да и массивный газон между полосами всё-таки) и был совершенно прямым, Пятый не мог разглядеть подробности дальше квартала.

Идти было сильно неуютно – внутри всё ещё сидела дрожь от недавних происшествий. Пятый покопался в памяти и сказал в пространство:

– Ты говорил – идти по протоколу? Что это значит?

Секунд через пять сбоку раздался звук лопающегося пузыря – Второй пришлось напрячься, чтобы расцепить слипшиеся губы.

– Когда наступила независимость, у верховной власти появилась потребность регулярно осматривать владения. Но поскольку новая власть хочет видеть блеск, а не нищету, она предпочитает осматривать только положительные отрезки. Поэтому оставшиеся силы благоустройства стягивались к этой оси.