Змеиный узел

– Сам выпил?

– Весь класс сказал, что сам налил себе в компот в школьной столовой и выпил. Думал, что это спирт… Там гадюка была залита в банке, а он решил, что она заспиртованная.

– Весело тут у вас, как я погляжу. Он Карловский был?

– Нет, из Афоньевки.

– Рассказывайте дальше.

– Вот тут заповедник, – карандаш очертил большой кусок территории, – тут Борки – вымирающая деревня. Там всего два человека живет сейчас. Там, кстати, военный музей был – немец Володька, одноклассник Андрея и Виталика, с двумя младшими, в прошлом году взломали этот музей.

– Зачем?

– Хотели оружием завладеть. Их задержали и Володьке дали полгода условно. Остальным по малолетству ничего. Вот возле этих Борок летом «красные следопыты» раскопки проводят.

– А сейчас?

– В этом году еще не успели приехать.

– Точно?

– Точно, они у директора отмечаются. Тот печати ставит – это же официальные поисковые экспедиции. Да и могут не приехать, у них в прошлом году насмерть змея студента укусила.

– Жуть какая.

– Да, но в заповедник местные не ходят. Считают «нехорошим местом». Да и в Чайки, куда мы сегодня ездили, забредают редко. Кстати, Чума перед тем как свихнуться, там заблудился и два дня шатался. Хотя так посмотреть – где там два дня ходить можно?

– Точно, – подтвердил Слава, – место небольшое.

– А что про младшего сына Адреевых молчите, про Колю?

– А что Коля? – лейтенант, сняв фуражку, обтер лоб большим белым платком в крупную красную клетку.

– Помимо непонятной кражи горшков, что за ним водится?

– Ребенка хотели отдать в интернат – плохое зрение и левша, но стал отличником и остался в школе. Еще в детском саду проявил асоциальные особенности – украл у мальчика зонтик, а когда воспитатели поставили ему на вид, то стал регулярно замазывать замок комнаты, где они жили, глиной. Вот такой фрукт.

– Чудо, а не ребенок. Еще что-то?

– Мелочи. Эти братья воруют по ночам заборы.

– Зачем?

– Топят ими печку на летней кухне.

– С ума сойти. А в лесу дров нет?

– Дрова они экономят.

– Лейтенант, в этой деревне все такие, со странностями?

– Примерно. Тут, в глуши, жизнь другая.

– Вижу, как будто марсиане какие-то. Кафка в гробу ворочается.

– В школе милиции Кафку не преподавали.

– Так, Владимир Семенович, вы перед отъездом позвоните и пригласите мне этого немецкого Вильгельма Телля на восемь утра завтра.