В Бобровке все спокойно (Шпулечник-3)

Отступать некуда – за нами будущее! На счастье для будущего, решение есть у меня! Я буду Черным плащом, а ты будешь Зигзагом! – внушал папаша бедному Малахаю, зазвав его в свой гараж и расхаживая перед дверью, чтобы сосед не убежал.

– Владимирыч, может не надо? – уныло сопротивлялся Малахай, с тоской глядя на белый день, маячивший в проеме двери за спиной директора.

– Надо, Федя, надо! Слово начальника – закон для подчиненного! Ты пойми, ты мне нужен, садовая голова.

– Зачем?

– Порой и ненабитый глаз замечает полезное. А у тебя глаз не набит. Твоя непобедимая беззаботность и инфантильная непосредственность может быть моим умелым руководством обращена впрок, повернута на пользу общества и всего прогрессивного человечества. А еще, ты хорошо умеешь петь песни из кинофильмов. Почти как я в молодости. – Самодовольно погладил себя по брюху. – Будешь Зигзагом, ты похож – такой же раздолбай и вихор такой же на голове.

– Владимирыч, что ты как ржавый фрикцион заел: Зигзаг да Зигзаг, – обиделся Колька.

– Твою дивизию, называй меня Черный Плащ! – как директор школы на малолетнего хулигана, заорал отец, вздыбленно застыв напротив соседа. – Или сокращенно: Чэ-Пэ. Я тебя из Кубиково вытащил, человеком сделал, а тебе трудно такую малость для меня сделать, – успокоившись, вновь засеменил туда-сюда, как вечный маятник.

– А чем в Кубиково было плохо? – попробовал робко сопротивляться Малахай.

– Трасса, больница с балконом, – передразнил отец, продолжая безумный менуэт. – А за городом, как говорится, хохлома. Да, согласен, тут не столица и не центр мировой культуры, не Лондон, который вообще «гуд бай», и не Париж, но, согласись, и не лесосека какая-нибудь, а вполне приличная деревенька, которая моими стараниями, на основе нового метода и нового мышления, вскоре станет совхозом-миллионером.

– Ну, стыдно, – смутился Малахай. – Но как-то Зигзагом быть странно.

– Привыкай. Я за это тебе премию выпишу, Почетную грамоту торжественно вручу и вывешу твою лучшую фотокарточку на Доску почета.