Наследники Мишки Квакина. Том IV

 – Аййй! – взревел Пашка, тряся ушибленной рукой.

– Не брал я ваши деньги, – воспользовался паузой белобрысый. – Вообще к вашему двору месяц не подходил.

«Он же не знает», – дошло до меня, – «что автомат – наша затея».

– Ты автомат спер? – спросил я.

– Какой? – попытался придуриться Стас, но бегающие снулые глазки выдали его с потрохами.

– Который в правлении газировку продавал. Ну?

– Ну… ну взял… А что? На нем не написано, что он ваш… Я подумал, не надо никому, вот и поставили в конторе… Я и забрал… Думал…

– Хватит! – остановил я поток нелепых оправданий.

– Дома у меня, – блеснул глазами Стасик.

– А деньги из него?

– Какие деньги? – снова начал придуриваться быстро наглеющий Стасик. – Не брал я никакие деньги. Только автомат. Думал, что он не нужен никому…

Пришлось присесть и встряхнуть наглюгу за шиворот.

– Деньги из автомата где?

– Ну…

– Не нукай! – я встряхнул его еще разок. Так сильно, что у токаренка клацнули зубы. – Не запряг! Деньги где?

– Я отдам, – изобретательный воровской мозг уже видел путь к спасению.

– Мы с тобой пойдем, – набычился Пашка.

– Нельзя, – Стас с трудом спрятал ехидную улыбочку, – Ирка и Ленка дома.

Ирка и Ленка были старшими сестрами Стасика. Ленка на два года младше меня, а Ирка – на три. В любом случае, они бы рассказали родителям о нашем приходе, а от тех могло дойти до нашей матери. Лишние вопросы от матери нам были не к чему.

– Мы тебя возле двора подождем, – решил я.

– Пошлите, чего ждем? – нетерпеливо спросил Стасик и попытался встать с земли.

– Погодь, – я достал из висящей на плече полотняной сумки пузырек и отдал Пашке. Сам присел, крепко удерживая пленника. – Мы тебе, чтобы ты нас не обманул, носокапки зальем.

– Вот тебе! – Пашка покрутил перед глазами жертвы пузырек, особенно стараясь показать череп и кости.

– Если через двадцать минут не залить противоядие, то все, – объяснил я, – кранты, надуешь лапы.

– Вы чего?! – ошалел Стасик. – Совсем тронулись?! Я же помру! – заорал он.

Пришлось зажать ему рот ладонью.

– Помрешь, если попытаешься обмануть. Да не ори ты, падла! Паш, заливай!

Пашка, щедро разливая по лицу Стасика смесь, умудрился попасть извивающемуся как угорь воренку в ноздри.

– Давай в ухо еще, – тяжело дыша, предложил брат. – Для надежности.

– Хватит, – я отпустил токаренка и встал. – Все, время пошло.