Наследники Мишки Квакина. Том III

– Серебряное корытце, – передразнил отец.

Поднялся хвост и Пашку окатило вонючими катышками.

– Еще и срет на нас, скотина! – взъярился отец.

Подхватив с дорожки кусок гравия, бросил в козу. Она повернулась и стала корчить рожи, презрительно крича.

– Заткнись!!! – отец бегал по двору и швырялся камешками. – Я тебя урою, контра! Я тебе покажу козью морду! Кузькину мать!

– На, – Пашка протянул найденный кирпич.

Отец в запале засветил четвертинкой. Коза шарахнулась, в листе шифера откололись две волны.

– Твою контрреволюцию! – отец, тяжело дыша, уставился на Пашку. – Какого лешего ты мне кирпич дал?

– Помочь хотел… – попятился брат.

– Помочь?! Крышу кто ремонтировать будет? Пушкин? Или вы, лежебоки? Опять за батькиной спиной отсидеться хотите? Всегда так: один с сошкой, семеро с ложкой!

– Вить, не кричи так громко, – одернула мать. – Сроду ты с сошкой не был.

– А ты? Ты, коза, со своей козой!!! Крыша треснула!!! Одни убытки! Что делать?

– Может, вы с Владом на крышу залезете? – робко предложила мать.

– Как?

– По лестнице.

– Козу? По лестнице? Чтобы или рогами или копытом ударила? Или обосрала, как Пашку?

– Она меня еще и укусила, – наябедничал брат.

Коза верещала на всю деревню.

– Стойте здесь, следите, – отец кинулся в дом.

Выскочил с ружьем.

– Витя! – кинулась наперерез мать. – Не стреляй!

– Козу жалко? – прищурился отец.

– Дурак! – сварливо ответила мать, постучав его по голове.

– Вдоль крыши ее сниму.

– Там же дорога, застрелишь кого-нибудь.

– Хм… Влад, неси лестницу и ставь вон там, – пожевав губами, решил он, – буду в сторону сада стрелять.

– А если там кто идет? – не сдавалась мать.

– Нечего шляться, – отрезал. – Сами виноваты. Влад, лестницу!

Я приволок лестницу, отец забрался на нее. Прозвучал выстрел. Коза пронзительно закричала, будто Пашка, которого бьют.

– Вот тебе и трава у дома, – спустился отец. – Шкуру попортил…

– Ничего, – мать старалась не смотреть нам в глаза, – зато мяса пожарим. Все равно у коз молоко вонючее…

– Лучше засолить, – подумав, сказал отец, – раз уж не удалось как Робинзон, так хоть попробуем, что он ел. Влад, пошли, будешь учиться коз потрошить.