Наследники Мишки Квакина. Том II

 – Могла сама поехать и купить.

– Ты же специалист!

– Я агроном, а не куровод! – задрал нос отец.

Петух повторил его движение.

– Ничего нельзя доверить!

– Да ну тебя! – отец достал сигарету и досадливо закурил. – Нормальные куры и совсем недорого. Петух так вообще красАвец.

– Ты посмотри на них! Их же надо подсаживать на насест!

– Это у них акклиматизация. Придут в себя и взлетят. Глянь, какие у петуха глаза умные.

Словно подтверждая, петух вдруг звонко закукарекал. Пашка в страхе шарахнулся, ударившись спиной о стенку свинарника.

– Чего это он? – испуганно спросил брат.

– Он так время отмеряет, – солидно объяснил отец.

– И сколько времени?

– Без трех минут пять, – посмотрел на часы. – Спешит немного.

– Может его подвести можно? – спросил Пашка.

– Я тебе не Лысенко, кур воспитывать!

– Два дебила, – прокомментировала мать. – Что сын, что отец, два сапога пара. У обоих мозги набекрень.

– Да ну тебя! – отец в сердцах швырнул незатушенный окурок в угол и пошел домой.

– Затуши, – велела мне мать, – это источник пожара.

Я поднял сигаретный трупик, затушил последнюю искру жизни о шершавый кирпич стены и выбросил в приоткрытое оконце на навоз. Мать подняла ближайшую курицу и усадила на насест. Та крепко вцепилась в перекладину, со страхом глядя на нас.

– Висит, – прокомментировал Пашка и подошел поближе, чтобы лучше видеть.

– Еще бы, – подтвердила мать и посадила на насест вторую курицу. – Ваш батя из-за своей лени даже в носу поковыряться не может.

– Как счеты, – сказал Пашка, созерцая эту картину.

– Есть такое, – подумав, согласилась мать. – Влад, посади петуха.

Я осторожно подошел к птице, которая с сомнением смотрела на меня, и попытался взять в руки. Петух вежливо, но настойчиво освободился и, сделав от меня шаг, снова застыл. Я опять взял его и снова он вывернулся.

– Такой же немощный, как батя, – язвительно сказала мать и ловко подхватив птица поставила его на насест.

Взмахнув крыльями, петух приземлился на пол.

– Тупой, как и все мужики, – сказала мать. – Сиди внизу, пускай на тебя серут, – решила она.

– А он сам взлететь не может? – спросил Пашка.

– Ты что, дурак? У домашних кур крылья ни чтобы летать, а чтобы хлопать, декоративные.

– Дегорадивные, – повторил Пашка, записывая новое слово в книжечку.

– Пошлите домой, бестолочи.