Кукушкины слезки

Крики заживо сгорающих людей из дома слились с гулом пламени, а потом, когда горящая крыша провалилась внутрь, смолкли.

– Если нас на пожаре не будет, то подозрительно, – сказала мать.

– Виталик, отнеси домой инструмент и канистру, а мы тут побудем.

– Можете спать ложиться, – разрешила мать. – А что милиция подумает? – повернулась к отцу.

– Милиция разве умеет думать? – отмахнулся.

– Как бы чего не вышло…

– Не волнуйся все, что могло выйти, уже вышло. А корову мы оформим в совхоз на мясо – и деньги на телевизор отобьются.

Назавтра приехал участковый, посмотрел на обгоревшие трупы, хмыкнул, распил с отцом бутылку водки.

– Пожар от естественных причин, – объявил напоследок, пошатываясь. – Можете хоронить.

Тела мирно закопали на погосте. Вскладчину устроили в столовой поминки. Родители вернулись ближе к вечеру.

– Пошли… огурчиков свежих сорвем, – ехидно ухмыльнулся отец.

Ухмылка была щербатой из-за зуба, который выбила повариха в Покровке – деревне, где мы раньше жили, подловившая его на кражах из столовой (скатерть, под которой любит прятаться Коля, и запасы черного перца у нас были оттуда).

На огороде мать поймала рыжего соседского кота, упоенно пожирающего огурцы.

– Получается, не она огурцы портила! – крепко ухватив за холку, трепала кота мать. – А эта сволочь рыжая! Сашки Куприянова кот. У-у-у, душегуб, весь в хозяина!

– Огурцы не она, но корова-то сдохла.

– Верно, Голубка сдохла… Значит, она!

– Не забивай себе голову. Умерла, как говорится, так умерла.

– С котом что делать?

– Начал с огурцов, а потом до курей доберется. Придуши, чтобы не орал, и пошли ужинать.

– А труп куда?

– Брось хозяину в огород, в назидание.

– Может лапы ему отрезать? Будут на смену кроличьим…

– Отрежь, чего добру пропадать? Сашке – ханурику будет знак, что его ждет, если у нас что-то случится.

– Тьфу, тьфу, тьфу… – поплевала через левое плечо.

А на следующий день у нас сдохла курица…

***

– Аж дрожь пробрала, – сказал Володька. – Но ты сказал про участкового. Это же не я был?

– Нет, это старый участковый, – медленно ответил Виталий. – Тебя потом поставили к нам, после него.

– У меня мурашки по спине до сих пор бегают, – признался Игорь. – Тебе только ночью в пионерлагере у костра выступать. Все девчонки твои будут.