Гнездовье котов

Только сел на скамейку, он подвалил снова и с той же точно интонацией попросил закурить.

– За пять минут я курить не начал.

Он посмотрел на меня незамутненным взором и пошел дальше. Интересно, чем он так обдолбился? Спиртным явно не пахнет.

Желудочки оказались жесткими, но вкусными, а пиво вполне терпимым. Поставив опустевшие бутылки под лавочку, достал электронную книжку и погрузился в чтение, время от времени косясь на часы.

К посадке подошла старенькая «газель», которую пассажиры забили под завязку.

Один вообще тащил двухметровую сумку со сложенной байдаркой. Постепенно пассажиры сходили в поселках и деревеньках, истаивая словно снег. В «газели» остались двое: я и мальчик.

– Меня Коля зовут, – непосредственно сказал он, протягивая руку.

– Дима, – пожал ладонь мальчика.

Маршрутка чихнула и остановилась. Водитель вылез из кабины, открыл капот. Минут через пять залез в салон и посмотрел на нас.

– Извините, дальше не поедем. Поломался я.

– И что нам делать? – не понял я.

– Хотите, ждите попутки, – он достал мобильник.

 – Я эвакуатор буду вызывать, – посмотрел на экран мобильника. – Черт, тут сеть не ловит. Придется назад топать, на горку, – с ожиданием посмотрел на нас. – Что решили?

– Я дальше пойду, – сказал Коля. – Мне недалеко уже осталось.

– Вы? – водитель перевел взгляд на меня.

– Я тоже пройдусь.

Мы выбрались из «газели» и зашагали по дороге.

– Ты тут живешь?

– Еще километров шесть и будет моя деревня. А вам куда?

– Да я проездом…

Мы все шли и шли.

Когда пересекали заброшенный железнодорожный переезд, Коля споткнулся и я едва успел подхватить его.

– Ты как?

– Кажется, ногу подвернул, – виновато сказал он.

Опираясь на мою руку, подошел к остаткам остановки на дорожной развилке.

– Моя деревня налево. Вот тут раньше автобусы ходили, – сказал Коля, – маршрутки, – уселся на пощербленную деревянную лавку. – Передохнем?

– Немного, – я снял сумку с плеча и поставил на лавку рядом с мальчиком. – Я сейчас, – зашел за символическую, изъеденную ржавчиной, стену.

Желание помочиться прошло после того, как я увидел содержимое выцветших полиэтиленовых пакетов, рядком стоящих за остановкой. Появилось желание согнуться и освободить организм от внезапно поднявшегося к горлу содержимого желудка. В пакетах были неровно отрубленные руки: кисти, кисти с кусками предплечий, кисти с целыми предплечьями. На некоторых руках остались часы… Я в очередной раз пожалел, что ввязался в авантюру.