Робофобия

Все называли свои имена, а андроид лишь кивал головой. Он делал это с какой-то еле заметной улыбкой, было ощущение, что он выпендривался. Всем учителям требовалось несколько уроков, чтобы запомнить класс из 30 человек, а он просто составлял у себя в голове базу данных. Перекличка закончилась, и Стивенс сказал:

– У вас ко мне есть какие-нибудь вопросы?

– Кто над вами работал? Чьи знания вам загрузили? – подняв руку, спросила с передней парты местная задротка.

– Софи, поскольку проект пилотный, это конфиденциальная информация.

– Ares Robotics? Мой отец постарался?

– Да, мистер Марк Эрис, этот проект изначально предложен его инновационной группой, а для моего изготовления использовался один из производственных цехов Ares Robotics.

– А вы органик или синтетик? – задал вопрос Эндрю.

– Конечно, синтетик. Что за идиотский вопрос? Органик не может функционировать без оригинала и должен использоваться только в случае крайней необходимости. Пилотный проект не может быть крайней необходимостью, – вмешался я.

– Не грубите, Марк. Правда, надо признать, по части определения крайней необходимости вы правы. Как мне сказали, комиссия, выносившая решение по проекту, решила так же, поэтому я – синтетик. Был вариант создания органической копии преподавателя из «Лиги плюща», который бы работал одновременно в университете и в вашей школе, однако, повторюсь, такая альтернатива не показалась комиссии крайней необходимостью.

– Скажите, нам только что рассказали, что вы за несколько месяцев прошли курс педагогики. Это какой-то сжатый курс? Почему он так мало длится? И чему вы нас сможете научить с такими поверхностными педагогическими знаниями? – поинтересовался парень Гарет, сидевший на галерке – толковый, но ленивый.

– Они не поверхностны. Я получил вначале бакалавриат, а затем магистратуру – полный шестилетний курс. Ввиду большого количества свободного времени и обширного опыта, которым со мной щедро поделились создатели, он дался мне легко, – снова выпендрился андроид.

– Как вас приняли в учительской? Только честно, – спросила Энджи – красивая, глупая и ветреная.

– По-разному.