Повелитель чудовищ

Рыжебрада было не остановить. Пард, улыбаясь, невнимательно слушал, потягивая из кружки. На душе стало странно спокойно, и стрелок с удовольствием внимал околесице, которую нес давний друг.

В этот момент сквозь открывшуюся дверь потянуло ветерком приключений, и в таверну вошел посыльный от эльфийского князя. Пард сразу узнал его по золотому дубовому венцу на зеленой мантии. Посыльный оглядывал посетителей за столами, словно кого-то искал. Стрелок мгновенно понял, кого.

– Прошу тебя, Рыжебрад! Ради Священной Дубравы спрячь меня! – быстро вымолвил Пард и взглядом указал на вошедшего.

Гном закряхтел, пересаживаясь. Но было поздно.

– Господин Пард! – окликнул его княжеский посыльный. – Я ищу вас!

Пард почти сполз под стол.

– Меня? Быть не может!

– Именно так!

– Зачем?

Эльф и сам знал. Но посыльный ответил:

– Тревожные вести, господин! Князь собирает армию. Требуется тот, кто возглавит и поведет войско в поход! Выбор Его Милости пал на вас.

Сказав так, посыльный вытащил из-под мантии увесистый, приятно звенящий мешочек, украшенный вышитой монограммой.

– Здесь ровно десять тысяч золотых монет. Благодарность от князя.

Рыжебрад покосился на новое сокровище и тихо присвистнул. А Пард даже не пожелал взглянуть. «Не нужно мне ваше золото!» – хотел крикнуть он. Но это было бы не по обычаю: благородный эльф не имел права перечить княжеской воле.

– Когда государь желает видеть меня? – хмуро спросил стрелок.

– Сейчас.

– Хорошо. Иду.

«И зачем только пошел в таверну!» – с досадой подумал Пард, оставляя недопитую кружку и озадаченного гнома.

***

Конь действительно оказался хорош. Роксана чувствовала себя словно оседлавшей бурю. При этом жеребец был послушен, и требовались лишь легкие движения поводьев, чтобы им управлять. Девушка проехала несколько кругов по ярморочной площади, однако вскоре поняла, что здесь как следует испытать нового скакуна не получится.

– Выезжай в поле! – подсказал бывший владелец Холода.

– А можно? – Роксана до сих пор не верила свалившемуся на нее счастью.

– Конечно! Жеребец твой.

Всадница пришпорила могучего зверя. Тот громогласно заржал, вскинулся на дыбы и, с места рванув в галоп, умчал ее с быстротой молнии. Они понеслись по степи. И странное дело: конь бежал все быстрей, но не распалялся от скачки. Не учащалось его дыхание, не билось бешено сердце, не ходили бока.