Приговор некроманту

– Ну, допустим, – усмехнулся судья. – А какова польза от такого, с позволения сказать, колдовства.

– Польза от метода огромна. – Грэм сухо откашлялся в кулак. Камни в его перстнях в этот момент поймали солнечный луч, пробивающийся с улицы, и призывно сверкнули. – Умирает банкир, человек богатый, имеющий деньги, недвижимость и ценные бумаги. Завещание его не найдено. Что делать? Наследники устраивают свару, судятся, дерутся. Ни мира, ни спокойствия, и тут приходит Серый Кот, создает им проекцию их усопшего родственника, а тот уже наводит порядок.

– Чушь! – взревел вдруг Вольф со своего места. – Ваша честь, я протестую! Мертвое должно быть мертвым. Что с духом усопшего мог сотворить иной мир никому не известно! Ну вспомните, хотя бы, пример с оживлением принца Герберта, который вместо того чтобы взяться за нерешенные проблемы, убил и съел трех своих малолетних сыновей!

Грэм перевел сердитый взгляд на Вольфа.

– Старшина, я не перебивал вашу вступительную речь.

– Это не речь, – зарычал стражник, однако немного сбавил тон, а затем и вовсе сел.

– А теперь к делу. – Грэм удовлетворенно кивнул. – Сегодня, ваша честь, я докажу, что обвинения в некромантии, примененные к подзащитному, ошибочны, а сам он ни в чем не виновен.

Судья выпятил нижнюю челюсть и некоторое время сверлил адвоката взглядом, но тот только улыбался и делал вид, что все хорошо.

– Приступим! – наконец решил он. – Обвинение, вы готовы вызвать своего первого свидетеля?

– С радостью, ваша честь! – вновь вскочил со своего места Вольф.

– Грег Брексли приглашается для дачи показаний, – пискнул из своего пыльного угла секретарь, и в тот же момент от толпы сидящих отделился дородный мужик лет пятидесяти, в длинном сюртуке, брюках и смешном головном уборе, больше смахивающем на английский котелок.

– Грег Брексли! – снова вступил судья. – Обещаете ли вы говорить только правду, и ничего, кроме правды, в этом священном зале закона и порядка?

Грег Брексли согласно кивнул.

– Тогда говорите все без утайки.

– А что тут рассказывать? – замялся свидетель. – Дочка у меня умерла. Я горевал, жених ее, Майки Соут, тоже, а тут возьми да подвернись этот вот Серый Кот.