Земля в зените

Прищурившись против солнца, увидел развалившегося на стене молодчика довольно наглого вида, поглаживающего ручной пулемет, как какого-то домашнего питомца. Рядом сверкала отполированная металлическая фляга.

– Он со мной, Бургер, – без тени улыбки ответила Веста. – Давай, открывай калитку!

– Тебя пущу, а этого типа – нет, – лениво отозвался молодчик. – Не велено пускать незнакомцев.

– А я скажу Нильсу, что ты пьешь на посту, – жестко сказала девушка. – Тебя быстро отсюда снимут. Будешь в мастерских под машинами прохлаждаться, умник!

– Ладно, ладно, не пыли! – проворчал Бургер, нехотя сползая со стены на противоположную сторону.

Через несколько секунд глухо лязгнуло, и в правой слоновьей ноге со скрипом отворилась узкая калитка, из которой выглянул, оглядевшись, сам Бургер. – Заходи, Веста. И ты заходи, как там тебя! Только оба у меня в журнале отметитесь, а я Нильсу звякну на всякий случай.

– Какой ты стал правильный, – усмехнулась Веста, переступая железный порог.

 – Совсем на тебя непохоже.

Следом внутрь вошел Лео. Калитка с грохотом захлопнулась за спиной, снова лязгнул засов. Они оказались в длинном бетонном тамбуре, в конце которого имелись такие же ворота – на этот раз украшенные зубастой пастью огромной акулы, лежащей на боку. Выглядело впечатляюще. Как и еще один пулеметчик в крытой башенке по ту сторону внутренних ворот.

Охранник сменил саркастический тон на деловой, уселся за неказистый столик под навесом, демонстративно пододвинул вошедшим толстый потрепанный журнал с огрызком карандаша.

– Станешь тут правильным… – проворчал он, подтаскивая к себе древний телефонный аппарат из тусклого черного пластика, с дырчатым диском и витым проводом, тянущимся к трубке. – Как намедни в небе грохнуло, так все на ушах стоят. А ночью вообще атас был: мимо табор стервятников прошел, думали – труба, драться придется. Так ничего, считай, повезло…

– Я рада, что вам повезло, – ровно сказала Веста, и Лео не понял – действительно ли она рада этому обстоятельству, или это очередная форма любимого здесь сарказма.

 – Так мы можем пройти за стену?

Веста стояла, игнорируя журнал с карандашиком и прямо глядя на Бургера, припавшего к трубке. Трубка что-то глухо вякнула, и Бургер невольно скривился.

– Можно, можно… – проворчал он. – Сейчас внутреннюю калитку откроют.

Смысл всех этих манипуляций прошел мимо понимания стажера.