Запредельность

Знаете, скольких людей это сделало бы счастливее?

– Допустим, – сказала Джейн. – А теперь представьте, что хотя бы некоторые из них захотят, как вы выражаетесь, заглянуть в «запределье»? Это что же – начнутся массовые самоубийства? Вы помните – вы один из шести подопытных. И в живых остались лишь вы. А теперь давайте перенесем этот процент на все человечество…

Алексей помолчал. Об этом он никогда не думал. Впрочем, обострившаяся интуиция подсказывает, что предположение это – не более, чем провокация сотрудника проверяющей организации.

– Я бы не стал экспериментальный проект примерять на все человечество, – сказал Алексей. – Работа лишь в самом начале, и наверняка будет проведено еще множество экспериментов, появится серьезная статистика. Только тогда и можно делать какие-либо серьезные выводы. Ну а для себя я выводы уже сделал.

– Вы рассуждаете далеко не как статист, – признала Джейн.

– Пожалуй, – сказал Алексей. – Да ведь и я – давно уже не рядовой клерк посредственного рекламного агентства.

– Вряд ли вас принудят к этому, – заметила Джейн. – Конечно, если будет доказано, что ваш организм не подвергся киборгизации.

– Смешно вас слушать, ей богу. Какая еще киборгизация? Через месяц-другой вы сами смогли бы …

– Другое дело… – Джейн повысила голос, – что Трибунал наверняка запретит исследования в этой области, как аморальные.

– Вот как? – Алексей впервые посмотрел инспектору в глаза. – Вот, значит, к чему вы клоните…

– По-моему, это очевидно.

– Наверное, потому, что я – безмозглый статист, – холодно произнес Алексей. – И действительно, чего-то не понимаю в этой жизни. Лишить миллиарды такого шанса?..

– Защитить миллиарды от непредсказуемых последствий, – возразила Джейн. – Впрочем, лично к вам – никаких претензий. Вы – всего лишь жертва обстоятельств…

– С ума сойти! – усмехнулся Алексей. – В своем самом серьезном достижении в жизни я снова умудрился стать жертвой обстоятельств.

– Здесь я ничего не могу вам сказать, – Джейн покачала головой. – Это уже вне моей компетенции…

4

Инспекция снова собралась в операторском зале. Доктор Сапковский стоял в сторонке, сложив руки на груди и с отстраненным интересом наблюдая за происходящим.