Убить Зону

 – Но ведь эта штука, вроде, исполняет желания?

– Исполняет.

– Но я не слышал, чтобы Монолит выставлял какие-то условия.

– Это особое желание.

– И насколько же оно особое?

Бука не ответил. Но взгляд его красноречиво показал: да, желание это особое. Совершенно особое. И точка.

– И все равно. Что-то я не очень понимаю связь между твоим, пусть самым навороченным, желанием и моим спасением, – пробурчал Петля.

– И все-таки, связь есть. Предопределено было не только твое спасение, но перемены в моей собственной судьбе, – сказал Бука.

Нахмурился. – Мне не оставили выбора: ради тебя мне пришлось убить живое существо.

– Монстра, – скривился Петля.

– Я забрал у Зоны ее живую частицу без ее разрешения, – сказал Бука. – Я потревожил Зону, убив ее обитателя. Теперь для Зоны я один из тех, кто приходит сюда, чтобы паразитировать на ее теле… – Он напряг память, вспоминая то, что говорил ему Док. А Док говорил очень много, наверное, хотел впихнуть в пустую голову звереныша как можно больше умных вещей.

Большая часть, конечно, забылась – в особом пространстве Зоны вся эта философия имеет невысокую цену. Куда важнее конкретные прикладные знания, связанные одной простой целью: выжить.

– Неужели тебе никогда не приходилось убивать мутантов? – недоверчиво спросил Петля.

– В этом не было необходимости, – покачал головой Бука. – С Зоной всегда можно договориться. Она легко поделится тем, что для нее – отрыжка, мусор, а для людей почему-то – чудо и несусветное богатство.

Только людям мало подбирать отходы Зоны. Они всегда пытаются отхватить у нее кусок мяса…

Петле тут же вспомнился злополучный контейнер с лучистой дрянью. Может, и там было оно – это гнилое мясо Зоны?

– А может, тебе и не стоило убивать эту тварь? – осторожно спросил Петля. – Ну, договорился бы, как это ты умеешь…

– Поздно, – спокойно сказал Бука. – Да и не тот случай. Я могу, то есть, мог поладить с Зоной, когда дело касалось меня самого.

Но никогда не был способен защитить другого.

Бука замолчал, а Петле вновь вспомнились те странные и жуткие истории про Дьявола-хранителя. Выходит, неспроста эти истории возникли, неспроста…

– Наверное, именно поэтому мне и поставили это условие, – задумчиво сказал Бука. – Самое тяжелое, почти невозможное для меня условие. Я должен делать то, чего всегда пытался избежать – спасать и убивать.