Плерома

Дай нам водички попить, а?Женщина: Я же сказала, после выступления.Скрипач: А мы бы и так могли взять. Силой. Тогда бы ты у нас просила.Женщина: О-о! Дотронешься – эцилопп прилетит, ноги выдернет.Скрипач: Да чихал я на вашего эцилоппа!Дядя Вова: Спокойно, Скрипач, не раздражай даму…Согласно «Краткому Чатлано-Пацакскому словарю», эцилопп является представителем власти.] – продолжал резвиться Юрий Алексеевич. – Думаешь, я его боюсь? Да ни фига подобного!

– Ну-ну… – косомордился Даос, с трудом скрывая улыбку. – Если только захочу, и луну я проглочу.

– И проглочу!

– Не подавись, смотри. А то потом вози тебя по больницам…

Они миновали приемную, продолжая упражняться в остроумии. Кабинет Гынды располагался в самом дальнем конце офиса. Очевидно, блуждание по длинному извилистому коридору, освещенному настенными светильниками в древнеримском стиле, должно было настроить посетителя на некий торжественный лад. Впрочем, к Даосу с Плотником это не относилось, так как ходить здесь им доводилось довольно часто, и ничего, кроме раздражения, подобные прогулки не вызывали.

– Понагородил черт знает чего! – ругался Юрий Алексеевич. – Честное слово, только эсэсовцев в форме на каждом повороте и не хватает.

– Да уж, – кивнул Даос. – Пока генеральным был Сандалов, хоть приемной этой дурацкой не было. Стучишь, заходишь без всяких церемоний. Да и мужик он был ничего, не в пример этому уроду.

– А куда он делся?

– Кто? Сандалов? Понятия не имею. Сожрал его Гында, а сам на его место уселся. Ты погоди, вот выберут его мэром, даст он тогда нам просраться.

– Слушай, – оживился Юрий Алексеевич, – а зачем ты ему про Лёху рассказал? Застрелили, утопили… Тебе не кажется, что мы теперь у него на крючке? Он же нас теперь, чуть что, легавым сдать может за нефиг-нафиг!

– Не думаю, мой наивный чукотский товарищ, – усмехнулся Даос. – Проще и безопаснее будет отправить нас за Лёхой следом. И вообще, какого ж ты мне тогда поддакивал, раз такой умный, а?

Юрий Алексеевич пожал плечами:

– Ты же у нас главный, тебе виднее, как с ним лучше всего беседу держать.

– Вот и не задавай тогда идиотских вопросов!

– Убедил, не буду.

Как и Гында, Даос бодрствовал уже вторые сутки, а потому настроение у него было довольно паршивым. Раздражение сменялось приступами истерического веселья и наоборот. Хотелось спать, хотелось выпить и совершенно не хотелось никуда ехать. Тем более по поручению Гынды.