Планета на прокачку

Она направлялась в середину площадки, где торчала длинная корявая тумба, утыканная торчащими из нее разнообразными предметами непонятного назначения.

Заявление Ксении крайне возмутило Виталика.

– Да что вы несете! – воскликнул он. – Что это за бред? Какой еще центр Земли? Это что, розыгрыш?

Виталик очень приободрился с того момента, когда пивная лужа из-под его ног чудесным образом исчезла. Он вообще был большим умником по жизни и еще большим занудой и скептиком. Илье оставалось лишь посочувствовать приятелю, которому еще предстояло ознакомиться со всеми довольно необычными вводными…

Ксения с усилием, обеими руками, выдернула из глубокого паза в тумбе полупрозрачный предмет, по форме напоминающий шлакоблок, только бледно мерцающий где-то в глубине.

– Да уж, – хмыкнув, сказала Ксения, – из всего оборудования у вас в принципе работает только биостат. Да и то, судя по вот этой зеленой полоске, с перебоями. Просто удивительно, как на таком неустойчивом шаре в подобных условиях выжило столько народа?

– А по-моему, нормальные условия, – пожал плечами Макар.

Ксения недоуменно посмотрела в светлые и невинные глаза Макара, после чего вздохнула и уселась прямо на рифленый пол, облокотившись спиной о шершавую поверхность тумбы.

– Присаживайтесь, – предложила она. – Все равно, пока вы так и будете продолжать задавать дурацкие вопросы, у нас ничего не выйдет…

И Ксения затянула длинный монолог, наполненный такой необычной информацией, что от нее у любого нормального землянина стыла бы кровь в жилах и шевелились под одеждой волоски на ставшей «гусиной» коже.

Даже чрезмерно образованному Виталику ничего не оставалось, как принять к сведению тот простой факт, что все его представления о зарождении жизни на родной планете, эволюции и геологии – не более чем благостные рассуждения с целью заполнения умным текстом томов многочисленных научных трудов.

Населенная разумом Вселенная представляла вовсе не то, что хотелось бы видеть консерваторам от науки. И даже не то, что решились бы выкрикнуть в пылу полемики амбициозные представители новых школ и течений или – уж куда хуже – голодные и безбашенные аспиранты.

Все дело в том, что закономерности, которые долгие годы выводила академическая наука, в действительности не работали.