Метро 2035: Крыша мира

– Дальше… – Змей невольно вытянул шею, боясь потерять хоть каплю драгоценных сведений.

– А все. Больше я ничего не знаю. – Тана дернула плечом. – Шлюхам же не докладывают, мое дело грести денежки для начальства.

– Ну, прости за «шлюху»… А где его искать, этого Новичка, не слышала?

Тана наморщила лоб, вспоминая:

– Что-то говорили… Про какаю-то «гладильню», на нижних уровнях, что ли…

– Градирню, наверное, – оживился Змей. – Это система охлаждения реактора.

– Да, наверное. Вроде там место поганое, радиация и все такое, зато свободно и не суется никто.

– Вот пришлые там и обосновались, – кивнул Змей. – Логично. Спасибо за наводку. Учись, слякоть!

Последнее было обращено Хабу, продолжавшему размазывать по лицу мокрую от слез грязь. Наверное, Змей пожалел бы его, если б все еще мог испытывать жалость. Но эту способность он потерял вместе с потерей близких, сгинувших при эвакуации. Последнее человеческое в нем теплилось лишь благодаря маленькой Ксю. Конечно, та «маленькая» – она лишь в его навсегда замерзшей памяти.

Сейчас оставалось лишь дело – единственное, что держит его в форме, не давая превратиться в отчаявшуюся размазню, вроде этого пришибленного жизнью Хаба.

– Может, ты хотя бы дорогу в градирню знаешь? – разглядывая торговца, спросил Змей.

– Я же не местный…

– Да, вижу, – усмехнулся посредник. – Толку от тебя… Ладно, не напрягайся, ничего я тебе не сделаю. Но и отпустить не могу, пока дело не сделаю.

– Зачем я вам? Я только мешать буду! – взмолился торговец. – Отпустите! Я никому ничего не скажу!

– Нельзя его отпускать, – заметила Тана. – Он же тряпка – сразу приползет к блюстителям.

Однако девка хваткая – уже от его имени дела решает. Наверное, считает себя членом команды. Надо бы ее одернуть, объяснить, что никакой команды нет, что посредник всегда работает один. А она – просто случайная попутчица, которую он сбросит, как балласт, когда посчитает нужным.

Но вслух почему-то ничего не сказал. И правильно сделал, так как Тана вдруг заявила:

– Я, кажется, знаю дорогу.

– Ты была там?

Тана странно улыбнулась – одними губами, тогда как в глазах появилось совсем другое выражение.

– Я там выросла. Только не знала, что «ядовитый дождь» – это градирня.

Змей понял, что это за взгляд, несовместимый с улыбкой.

Это боль.

* * *

Перед глазами в клубах пара стояла стена воды.