Массовка

Ни в чем криминальном этот тип не замечен. Кроме одной занятной вещи. Всем нашим покойникам незадолго до смерти он просто-напросто перешел дорогу.

Наступила тишина. Артемий почувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок, а сердце куда-то провалилось и пропустило удар.

Перешел дорогу…

Артемию стоило немалых усилий произнести:

– Так ты думаешь – это он и есть?..

Облизал губы и добавил – хотя в этом уже не было надобности:

– Переходящий дорогу?

Артемий впился глазами в расплывчатое изображение человека в сером плаще.

Макс ответил не сразу. Уселся на скрипучий стул, закурил, глядя в окно.

– В общем, я тебе рассказал о своих наблюдениях, – неспешно произнес он. – Как ты и просил меня. Выводы делай сам: к моей компетенции это совершенно не относится. Сам факт перехода дороги кем-то перед кем-то не влечет уголовной ответственности. Я даже коллегам говорить повременю. Еще засмеют, выставят перед начальством идиотом…

– Так сам ты в это во все не веришь? – осторожно поинтересовался Артемий, жадно всматриваясь в фотографии.

– Я тебе все рассказал, – устало сказал Макс. – Чистые факты и умозрительная связка: перешел дорогу – смерть. Конечно, это только то, что удалось увидеть на пленке своими глазами. Но, сам понимаешь, зрение обманчиво, и увидеть можно то, что очень хочется увидеть. Человек, вроде бы, один и тот же… При желании, под это дело можно много «висяков» притянуть…

– Нет-нет! – быстро сказал Артемий.

– Забирай, – сказал Макс. – Это копии, папку специально для тебя собрал. Но не дай бог всплывет, что я тут материалы направо и налево раздаю…

– Могила! – пообещал Артемий и поежился от двусмысленности сказанного.

– Я, конечно, не уверен, что вся эта мистика – правда, – сказал Макс. – Но, все же, не советую лезть в это дело…

– Почему? – спросил Артемий.

Макс скривился:

– Как бы тебе объяснить… Не нравится мне это.

Макс покачал головой и рассмеялся:

– Слушай, а может, это просто ерунда? Совпадение, чушь? А мы с тобой страху развели, как дети в пионерском лагере с ночными страшилками, помнишь? Ей богу, а?

Теперь смеялись вдвоем. Хотя Артемий имел и собственное мнение, но юмор оценил: сколько раз уже под загадочной оболочкой оказывалась пустышка.