Тень лосуна

Отец девочки, сокрушаясь вполголоса о том, как избаловал он дочь, наконец, подтянул все ремни, укрепив груз, еще раз проверил все колеса, взял в руки поводья и повел лошадей, впряженных в телегу, дальше по тракту.

– Я Адея, а как ваше имя? – донеслось до хозяина дома из удалявшейся повозки.

– Отан. Меня зовут – Отан, – негромко произнес старик, понимая, что никто уже не услышит его в ускользающей в сумерках повозке…

Глава 2. Ученик старого Отана

Отан отвернулся от окна, подошел к старому, но все еще крепкому и удобному креслу, стоящему в другом углу мансарды, и рухнул в него, будто мешок с навозом, которым совсем недавно он удобрял свой сад, чтобы посадить алгус: годы брали свое.

Этот необычный цветок передал ему торговец книгами из Андалиона. К невзрачному корешку в небольшом холщовом мешочке было приложено письмо его старинного друга, в котором говорилось, что он дарит Отану то, что он так давно хотел получить.

Да, он давно мечтал заполучить этот редкий цветок, о котором ходило столько легенд! Но встретить его можно было лишь в горах близ Туманных земель.

И вновь воспоминания уносили его в прошлое: вот он, совсем молодой, полный сил и жажды познаний, путешествует…

А вот здесь он впервые увидел алгус и встретился с монсенами…

Он вспомнил себя в возрасте милой рыжеволосой девчушки, которая несколько минут назад бегала по его саду, и улыбка вновь осветила его морщины. Мальчишкой он был точно таким же: бесстрашно лазал куда можно и нельзя, чтобы увидеть, узнать что-то новое.

Как же давно это было! 60 лет миновало с той поры, или нет, постойте, тогда стоял 542-й год, ознаменованный последним прибытием Хранителей знаний из Андалиона в земли Эндории, значит, прошло ровно 63 года…

Воспоминания прервал резкий стук в дверь. Старик тихонько выругался и замер, надеясь, что непрошеный гость уйдет, и можно будет и дальше предаваться сладостным воспоминаниям, но стук не прекращался.

Кряхтя и вздыхая, старик отправился отпирать дверь.

Из-за двери раздался звонкий смех, и такой же звонкий голос прокричал, что тогда ему придется петь здесь народные песни Рейвуда, отчего сбежится вся округа, чтобы немедленно сжечь источник этого дикого воя.