Тень лосуна

– Нет, несправедливо, – с неохотой признал Вэйланд, – и все же люди, которые с трудом читают, не знают, что такое манеры и заняты только тем, как бы посытнее набить брюхо, недостойны титулов, – стоял он на своем. – Да, если ты блестяще проявил себя на войне или в мирное время – службой на благо королевства, то есть, если ты человек, действительно, достойный, ты можешь претендовать на титул. Но уж никак не купить его!

– А разве не бывает недостойных людей среди аристократов по рождению? – не уступал принц.

– Конечно, бывает, но реже, – нетерпеливо сморщился Вэйланд. – Да как ты не понимаешь, Ген, достойный человек не станет покупать титул, он постарается его заслужить! А та чернь, что становится сегодня аристократией на бумаге, натворит много бед, поверь мне!

– И все-таки я верю, что благородным может быть и конюх, а какая-нибудь принцесса – настоящей гадиной, – упорно стоял на своем принц. Щеки его порозовели, ноздри раздувались, так хотелось ему убедить друга в правоте позиции: все люди равны по рождению, не должно быть настолько привилегированного класса, который ест и пьет на золоте, в то время как весь народ едва сводит концы с концами.

Вэйланд знаком был с убеждениями принца, ибо это был не первый их спор.

– Опять ты о равенстве, Ген. Это утопия, пойми. Всегда были и будут те, кто правит, и те, кто им подчиняется. Всегда будет необходима машина правосудия и казни, потому что иначе народ не удержать от беспорядков и бесчинств!

– А я уверен, что каждому оступившемуся нужно давать шанс на исправление, а не отправлять его на плаху или гнить в темнице за малейшую провинность!

– Ты знаешь, как я люблю тебя, брат, – устало проговорил Вэйланд.

Генгрэд лишь нервно пожал плечами в ответ.

Начинало смеркаться, и молодые люди решили заночевать в придорожном трактире, а с рассветом вновь двинуться в путь.

Ближайший трактир не произвел на них приятного впечатления, но здесь были отдельные комнаты и относительно чистые кровати, чего в данный момент усталым путникам было вполне достаточно. Оплатив небольшую комнату с двумя кроватями, они отправили посыльного купить чистую одежду, чтобы заменить свою, превратившуюся в грязные и окровавленные лохмотья.