S-T-I-K-S. Новичкам везёт

Тут, сам знаешь, с ориентирами нормальными туго, а поселков похожих хватает.

– Ну может, корректировщик где-то засел, вот и навел.

– Хрен его знает, может и так. О, Молчун какую-то железяку тащит. В сбор металлолома ударился, что ли?

– Узнаешь? – Молчун протянул Ахмеду кусок стального листа с рваными краями, почти квадратной формы шириной полметра.

– Ну, кусок брони. С этой, с «Газельки» трофейной.

– А теперь сюда глянь, – Молчун развернул лист ребром, на сколотом торце отчётливо вырисовывалось несколько круглых пятен медного цвета.

– Вот же мрази, – Ахмед задохнулся от злости, – как щенков сделали!

Седой поскреб ногтем блестящий кругляш и зло сплюнул. Молчун отшвырнул железяку, сел на кусок разлохмаченного бревна. Атеист не понял, о чем это они, хотел уже осторожно поинтересоваться, но Ахмед опередил:

– Подсунули этих лохов, а мы купились. Нахрен вы эту «Газель» сюда пригнали?

Молчун пробурчал зло:

– Я что ли командовал. Калач с Зеной решили. Хотели, наверное, под патруль маскироваться.

– Да уж, лоханулись хуже некуда. – Седой крутнулся, озираясь. – А где Малой?

– Да там он… где Зена погибла. Втюрился он в неё по самые уши, как бы с катушек не съехал на почве несчастной любви.

– А чего ж его одного оставили? Надо же присмотреть, а то пустит себе пулю в лоб, видал я уже таких.

– Он сам попросил, хочет один побыть…

– Уходить пора, надо со своими связываться. – Ахмед поднялся, сильные, заросшие курчавой чёрной шерстью руки сжали автомат. – Контракт есть контракт.

– Ну да, а то зачислят в дезертиры. А че это Малой несётся, как угорелый?! – Седой прижал ладонь ребром к бровям, пряча глаза от словно по-весеннему яркого солнца.

Малой действительно мчался, не разбирая дороги, гулко бухая армейскими ботинками по иссушенной пожаром земле.

– Смотрите, что нашёл! Это же Зены блокнот!

Седой с Ахмедом печально переглянулись… жаль паренька.

– Вот!

– Восточный кластер, где химзавод. От проходной слева… склады. Восемнадцать… зачеркнуто… четырнадцать хэ. Видимо – ху…

Малой перебил:

– Харь.

– Хм… четырнадцать харь… Один АГС, два РПК, стрелковое. – Седой на миг задумался. – Это, если я правильно понял, с допроса Кабана запись.