Судьбы местного значения

Длинными очередями стрелял пулемет. На той стороне промелькнули серые фигуры.

– Немцы! – выдохнул дядя Ваня. – Налево, Маша, налево!

Протащили носилки вдоль корпуса, прячась за кустами акации. Не доходя до угла, дядя Ваня остановился. Носилки положили на землю. Старик пристально посмотрел сквозь кусты.

– Немцы. Спрятаться надо.

Он повернулся и шагнул к деревянному щиту, прикрывавшему проход в цоколь. Откинул незатейливые крючки, служащие запорами, и отодвинул щит.

– Спрячемся тут пока.

Они затащили носилки в подвал.

Старик придвинул щит, закрывая проход, и прильнул к щели.

– Только бы немцы сюда не сунулись.

Бой в городе не стихал, и стреляли совсем недалеко.

– Наши где-то рядом, – прошептал дядя Ваня. – Немцев пытаются задержать.

– Так может, за помощью сбегать? – спросила Маша.

– Надо бы… – согласился старик. – Тихо!

В щель обзор не ахти, но разглядеть, что происходит, можно. Во двор вкатился бронетранспортер. Из него выскочило пять солдат, а пулеметчик нацелил пулемет на корпус.

Одновременно послышались шаги по коридорам. Очевидно, немцы проникли в госпиталь через разбитые окна и теперь проверяют пустующие палаты и кабинеты.

– Чисто! – крикнули где-то. – Все русские сбежали!

Солдаты, стоящие у корпуса, опустили оружие. А Маша и старик переглянулись. Что-то упало над ними, и кто-то выругался по-немецки. Послышались голоса. Маша прислушалась. Немецкий она изучала, но с языком были проблемы, давался трудно, однако часть сказанного была вполне понятна.

– Эй, Карл, это больница, а не туалет! – крикнул крупный немец с автоматом. Он стоял напротив корпуса и смотрел на окно.

– А тебе-то что? – послышалось сверху.

– Тут, возможно, наш госпиталь будет, а ты гадишь.

– Пригоним русских – уберут. Эй, Михель, смотри!

Пулеметчик посмотрел направо и резко развернул пулемет. Прогрохотала короткая очередь. Полетели сбитые ветки и листья, кто-то вскрикнул, и наружу вывалилось тело. Дядя Ваня скрипнул зубами, Маша, чтоб не вскрикнуть, зажала ладонью рот.

В убитой они узнали Евдокию Михайловну. Наверное, она не успела уйти и спряталась в кустах…

– Швайне! – выругался солдат и подошел к телу, пнул. – Это просто старуха.

– Что тут происходит? – властно спросил кто-то, спускаясь с крыльца.

– Михель, русскую ведьму пристрелил, господин фельдфебель.

– И все? Больше никого? Здание проверили?

– Яволь, все русские сбежали.

Интенсивность стрельбы неожиданно возросла.