Судьбы местного значения

Из-за ограды, заросшей лопухами, высунулись двое мелких пацанов, стриженные почти наголо. Капитан подмигнул мальчишкам, обошел машину спереди и покачал головой. Единственная яма с грязью на всем пути. Везде пыль, а тут жижа. И это фактически в центре городка. Из «эмки» выбрался лейтенант, и сержант-водитель через пассажирскую дверь сразу заглянул под машину.

Подбежал сержант Ковалев, командир отделения.

– Кликнуть бойцов, товарищ капитан государственной безопасности?

– Погоди… – отмахнулся капитан.

– На пузо сели. Тут или тросом выдергивать, – донеслось снизу, – или вагами поднимать да под колеса доску совать.

– Дзядзьки ваенны, – услышал капитан детский голос, – тут вчерась вяликую машину цельным танхом тащылы.

– Тут завседы сыра, – сказал другой мальчишка. – Тятя адбивав, тут стаяв калодзеж. Дрэнной был, вада прытухлая, засыпали яго.

Три мелких пацана уже рядком, словно воробьи, сидели на верхней жердине. В руках по пучку каких-то листьев с толстыми черешками.

– Привет, ребята! – поздоровался капитан. – Чего это вы жуете?

– Рабарбар. Хочаце?

– Ревень? Нет, спасибо. Ребята, а до места, где все командиры находятся, далеко?

– Энта штаб, ци што? – переспросил мальчишка. – Та ни, побач. Вунь, правей пажарнай каланчы, дах управы виднеецца. Там усе.

«Вот так, – подумал капитан, – все знают, что и где.

Он посмотрел в указанном направлении. Пожарная каланча возвышалась над зеленью садов, как одинокий тополь над степным ковылем. На верхней площадке пожарной каланчи находились люди, очевидно пост ВНОС. А справа действительно виднелась массивная крыша каменного здания.

– Спасибо, ребята, – поблагодарил пацанов капитан. – Ковалев, выдели людей, пусть помогут машину вытащить. Остальные за мной. Тут рядом, пешком доберемся.

Штаб фронта располагался в двухэтажном каменном здании с арками и колоннадой по всему фасаду.

У входа было суетливо. Сновали командиры туда-сюда, толпились бойцы в ожидании. Справа стоял легковой ГАЗ-А без тента, чуть дальше два ГАЗ-АА. С первой полуторки что-то перегружали на вторую. По левую сторону крыльца притулился мотоцикл ТИЗ-АМ, в люльке которого, приобняв ручной пулемет, дремал боец.

Капитан хмыкнул – обычный бардак. По пути сюда никто ни разу их не остановил.